- Ну и кто его у тебя такого купит? - скептически сказал Алексей. - Я, конечно, понимаю, что между вами любовь и все такое, но повесить этот портрет на стену в госучреждении...
С обсуждаемого портрета на него с любовью и нежностью смотрел Лаврентий Павлович.
- Это уже не говоря о том, что могут задаться вопросом: где ты его таким видела, - добавил он. - Я не Отелло, но хранить такое дома мне будет неприятно. Предлагаю, когда поедем в Москву, подарить твое произведение его семье.
- Думаешь, его жена обрадуется? - с сомнением спросила Лида. - Если бы ко мне с твоим портретом заявилась какая-нибудь... ну ты понял. Я бы ей внешность точно попортила. Слушай, давай не будем продавать, а просто подарим в художественную галерею! Здесь она точно есть. И вряд ли они откажутся брать. И работа очень хорошая, и по политическим соображениям. Так и сделаем! И попросим ее туда передать Виктора Федоровича. Завтра воскресенье, вот и сходим. Надеюсь, тебя не заставят опять работать?
Ему не испортили выходной, и они около двенадцати, купив пирожные, постучали в квартиру Громаковых. Дверь им открыла Елена.
- Ребята! - искренне обрадовалась она. - Проходите и раздевайтесь. Муж у соседей, сейчас должен прийти. Что это у вас? Пирожные? Это хорошо, а то меня Виктор ограничивает в сладком. Сам уже в штаны не влезает, а за женой следит! Это картина? Неужели вы нас нарисовали?
- Нет, не вас, - ответил Алексей. - Вы пока успешно отбрыкиваетесь. Но из-за этого портрета мы к вам и пришли. В городе ведь есть художественная галерея?
- Есть и немаленькая, - подтвердила Елена. - Виктор в горисполкоме заведует культурой, так мы с ним в нее несколько раз ездили. Там не только картин, там и икон много. А вы что, хотите поместить туда свою работу? Боюсь, что ничего не получится.
- А вы сначала посмотрите, - сказал Алексей, проходя в гостиную. - Сейчас мы его развернем.
Елена долго смотрела на портрет, потом подошла к окнам и полностью отодвинула шторы, после чего рассматривание продолжилось.
- Это ведь Берия? - сказала она. - Интересно вы его изобразили.
- Я его хотела нарисовать не вождем, а человеком, - пояснила Лида. - Таким, какой он дома со своими близкими.
- Странная тема для начинающего художника, - сказала Елена. - Но нарисовано здорово. Что стоите? Садитесь на диван, а я приготовлю чай.
Она еще раз взглянула на портрет и ушла на кухню.
- У нас, оказывается, гости! - сказал в прихожей Виктор. - И кто?
- Мы это, Виктор Федорович, - отозвался Алексей. - Володины.
- А, герой пришел! - обрадовался Виктор. - И жену с собой взял. Молодец! Меня на днях ваше начальство благодарило. Ценного, говорят, кадра нашел. Слышал, тебя собираются представить к награде. Расскажешь за что, или это секрет?
- А почему я об этом ничего не знаю? - спросила Лида. - Что ты еще натворил? Колись!
- Как-нибудь потом, - поспешно сказал Алексей. - Виктор Федорович, посмотрите на этот портрет.
- Великолепная работа! - оценил Виктор. - Руководитель партии и правительства, погибший на посту! Только он у вас здесь какой-то не такой.
- Потому к вам и пришли, - сказал Алексей. - Сначала хотели продать этот портрет нашим чекистам, но потом передумали. Лида изобразила Лаврентия Павловича таким, какой он, по ее представлениям, в кругу семьи. Вот мы и решили с вашей помощью подарить эту работу в городскую картинную галерею. Можно попросить мое начальство, но вам это будет сделать проще.
- Попробую, ребята, но ничего заранее не обещаю.
- Давайте все за стол, - выглянула с кухни Елена. - Только сначала помойте руки. И учти, Виктор, что это не я покупала пирожные, ребята принесли.
- Петр, ты еще не смотрел сегодняшнюю "Правду"? - спросила мужа Анна Алексеевна.
- Еще нет, - ответил Капица. - А что в ней?
- Большая статья о нашей Лидочке и портрет Сталина ее работы. Пишут, что еще никто из художников его так талантливо не изображал. И что для этой работы она долго жила на его даче. Теперь этот портрет выставят в Третьяковской галерее. Хотят найти ее остальные работы и сделать экспозицию. Вот слушай, что написали: "Несмотря на свой возраст Лидия Самохина уже успела нарисовать немало замечательных картин. Мы просим тех, к кому они попали, прислать их в адрес Государственной Третьяковской галереи. Если владельцы согласятся, картины у них выкупят, если нет, то после согласованного срока им их вернут вместе с вознаграждением. Узнать ее работы можно по автографу в правом нижнем углу". И здесь же в статье приводят автограф. Совсем такой, как на наших картинах. Хорошо, что мы уже в Москве. Давай позвоним в Третьяковку. Я думаю, будет лучше, если на ее картины посмотрят многие, а не только мы и твои коллеги. Только твой портрет продавать нельзя, отдадим им его на время.
- Ну вот, портрет пристроили, можешь рисовать дальше, - довольно сказал Алексей, когда они простились с Громаковыми и вышли на улицу. - Рекомендую нарисовать Ангелину Васильевну и назвать картину "Портрет русской толстушки".
