Миссис Метьярд молча проследовала к прилавку и что-то достала. Кошелек. Она вынула из него монету и протянула молочнику.
– Вы слишком добры, мэм! Я просто сделал то, что должен был. Но я потрачу это на рюмку рома, чтобы прогреться после этой холодной ночи.
– В следующий раз, когда вы принесете нам молоко, мы угостим вас завтраком, – пообещала Кейт. – Если бы не вы, Мириам могла ведь попросту замерзнуть, или на нее напали бы какие-нибудь бандиты…
Мистер Браун расхохотался:
– Бандиты? Ну ей они не страшны. Она бы отбилась.
Миссис Метьярд сделала пару шагов вперед. Она явно была намерена прекратить этот разговор:
– Еще раз спасибо вам.
Снова миссис Метьярд раскрыла рот только тогда, когда шаги молочника окончательно стихли:
– Дезертир! – Это слово произнесли накрашенные ярко-красной помадой губы, за которыми скрывалось два ряда мелких женских зубов, но голос был не тот, каким обычно говорила с нами миссис Метьярд. «Капитан» вернулся! – Тебя надо поставить к стенке и расстрелять!
Она схватила Мим и потащила ее к тому пятну света, что образовалось в комнате от светившего за окном уличного фонаря. У меня в животе заурчало от страха.
Мим опять была в руках этого сумасшедшего «капитана»!
Это он держал и тряс ее.
Он вернулся!
Сначала они избили ее первым, что попалось под руку, – палкой от метлы. «Капитан» держал Мим за волосы, а Кейт, не жалея сил, орудовала метлой. При каждом замахе рукой на ее пальце сверкало сапфировое кольцо. Мим не проронила ни звука.
Когда глухие удары стихли, нас отправили в подвал спать: близняшек, Нелл и меня. Мой тюфяк без Мим казался таким непривычно огромным и холодным.
– И на что она только надеялась? – произнесла Нелл в темноту. – Она же не могла не понимать, что это невозможно. Особенно в такой мороз!
Дейзи откашлялась:
– Чернокожие, я думаю, не чувствуют холода. По крайней мере, не так, как мы… – Но по ее голосу было понятно, что даже такое бездушное существо, как она, не верит в это.
В эту ночь заснуть из нас не смог никто. Мы лежали, глядя в облупившийся потолок, и думали только об одном: что же сейчас происходит там, над нашими головами? Я прислушивалась к каждому шороху и скрипу, но Мим не было слышно. Это хорошо или плохо?
В следующие несколько дней Нелл не работала с нами на чердаке: ей было велено готовить и заниматься уборкой вместо Мим. У нее это получалось намного лучше. Если бы мне не было так страшно и тревожно за Мим, я бы радовалась более крепкому чаю и яичнице. Но сейчас я не могла думать ни о чем, кроме того, что Мим нет рядом со мной: ни на кухне, ни на чердаке, ни на тюфяке.
Мы все были ошарашены ее исчезновением. Даже Айви и Дейзи молчали. Странно, но не хватало их колючих взглядов и едких замечаний. По крайней мере, они напоминали мне, что я еще жива.
Сейчас единственное, что у меня осталось, это корсет Розалинды, в который я должна была вшить всю мою безграничную ненависть к ней, чтобы он стал моим орудием мести. И я старалась из последних сил. Теперь я чаще работала на чердаке, а не в закутке торгового зала. К тому времени, как мы закончили трудиться над нарядами Розалинды, наши пальцы стали зеленовато-желтыми из-за въевшегося в них изумрудного красителя для ткани.
– Я ненавижу всех невест! – воскликнула Айви. – Но эту особенно! Вы только посмотрите, что стало с моими руками из-за нее! Да пусть у нее вся кожа слезет вместе с этими нарядами!
Я улыбнулась.
Примерно через неделю после того званого ужина Кейт привела нас всех в торговый зал, чтобы мы помогли ей упаковать наряды Розалинды в красивую бумагу и коробки. Она никогда раньше не привлекала нас к такой работе. На ней было ее обычное полосатое платье. И выглядела она, если честно, просто ужасно на фоне всех изысканных и модных тканей. Ее нос, как мне показалось, еще сильнее задрался кверху. Под глазами появились темные круги. А ее талия, и без того тонкая, стала еще тоньше. Но мне совсем не было жалко ее.
– Давайте уже! – рявкнула она. – Айви складывает, Дейзи заворачивает в бумагу, Рут накрывает коробки крышками.
– Зеленая бумага, зеленые коробки и зеленые ленты – как неожиданно! – съязвила Дейзи.
Кейт грубо ткнула в нее пальцем:
– Начали! Без разговоров!
Надо отдать должное Розалинде, во вкусе ей не откажешь. Все было заказано по последнему писку моды: облегающие рукава, высокие корсажи, множество самых разнообразных складочек и оборочек. Пока Айви старалась сложить очередное платье так, чтобы не помять рюшечки на вороте, я все пыталась представить себе, что сказал бы Билли, увидев все эти наряды для Розалинды. И прежде всего, конечно, мой корсет болотного цвета.
Почему он больше не появляется здесь? С того самого дня! Если он и мог прийти и спасти нас, то это нужно было делать прямо сейчас. Он ведь жил здесь и должен знать о тех ужасах, что творятся в комнате «капитана».
