С Хорьком заладилось по схеме совковой жизни немолодой семейной пары — от раза в две недельки, до двух — в одну. Примерно так же, как в прежней жизни я играла со своими ручками, или с «ванькой» из дорогого нью-йоркского секс-шопа. Сложностей с Хорьком было не больше, чем с этой игрушкой. Ничего такого, о чем просил звякнуть Седой, Хорек не вякал — он вообще мало что вякал, мало разговаривал и… Много делал. Мне бы хватило меньше, но дают — бери, а бьют… Бери и беги — к другому.
Так прошло пару месяцев, и шло бы себе дальше, и я втянулась бы в эту следующую жизнь, но… Она никак не начиналась, эта следующая.
Прежняя закончилась, это без вопросов, а вот дальше… тянулось какое-то безвременье, какой-то пред… Пере… Словом, что-то вроде переходного периода. Словно, мне давали отдохнуть перед… чем-то. И я послушно отдыхала два с небольшим месячишка, пока сама не знаю, с чего…
Не знаю, с чего это мне вдруг вздумалось откликнуться на приглашение своей старой институтской подружки — никогда не ходила на такие сборища. Просто не понимала, зачем — у всех давным-давно своя жизнь, говорить, в общем, не о чем, все постарели, подурнели… У каждой будет крутиться лишь две мысли: как бы покрасивей распустить свой хвост — похвастаться своим успехами на всех фронтах, и как бы у кого «хвост» не оказался попышнее. Раньше ревниво прикидывали, кто больше выездной, у кого муж чаще бывает за бугром, а теперь что? Кто
Можно даже ради забавы поиграть в неудачницу, тем более, что мужа туда все равно не затащишь — одеться попроще, прийти эдакой одинокой грустящей девицей и половить на себе радостно-сочувствующие взгляды разряженных растолстевших баб. Очень
Не любили меня тогда. Я не была особенной красавицей, но… Вокруг меня всегда вертелось полно мужиков, меня всегда
И я оделась попроще, и напустила на себя грустный вид, и приготовилась ловить на себе такие взгляды (почему бы не позабавиться?), и… Не угадала. Облажалась, как говорили во времена моей юности.
… Этот день с самого утра вообще начался с каких-то мелких неудач — нелепых случайных
— Стоять, блядь!..
С едва не опустившейся маткой я повернулась, уперлась взглядом в двух молоденьких ментов в камуфляжных куртках и штанах, заправленных в высокие шнурованные ботинки, растерянно наставивших на меня стволы автоматов, и… Жутко расхохоталась.
Раздраженные менты выпили по паре рюмок водки, вяло пожурили меня за неаккуратное обращение с системой сигнализации и, сменив гнев на милость, отбыли, унося с собой каждый по десятидолларовой бумажке, а я все еще глупо хихикала…
И наконец последний штрих: позвонил Хорек и сообщил, что на сегодня у нас отменяется — дела, дескать, жуткий замот, никак не вырвется. Я изобразила досаду, но потом вошла в роль и даже послала его, обозвав выблядком и пожелав хорошо развлечься с самим собой, но… На самом деле даже обрадовалась — почему-то низ живота никак не отреагировал на его вкрадчивый голосок и вообще… даже соски не набухли,
— и окончательно решила, что навещу сегодня свою старую подружку… Поскучаю, поиграю в неудачницу, вообще проведу высоконравственный вечер.
М-да, что там, говорят, вымощено благими намерениями? Вот-вот… А я честно хотела — оделась попроще, приготовилась…
