Но вместо этого он сам себя сдал, рассказал, как жалеет, что, если она даст ему шанс, он всю жизнь будет доказывать ей свою любовь и верность. И Анна ему поверила.
Прошли годы, но Стас всё ещё помнил, как она смотрела, и с каким спокойствием говорила.
— Мальчишник — древний обряд, мужчина прощается с вольной жизнью. А ты ведь ещё так молод, — с грустной улыбкой покачала она головой. — Тебе это было нужно.
Слов: «Я тебя прощаю!» не прозвучало, но и без этого всё было ясно. Его будущая жена самая чудесная женщина на свете, а он тупой урод, раз чуть не потерял её.
И если с «мальчишником» всё ясно, то с подругой, которая должна была быть свидетельницей на их празднике любви, нужно было что-то решать.
Наивное, но имеющее право на существование предположение, что блондинка в подпитии могла не запомнить лица своего случайного любовника, Стас не озвучил и никак помочь любимой женщине не мог.
— Ты сегодня у отца переночуй, — сказала она и сообщила, что вопрос с подругой завтра сама решит.
От осознания того, что его помиловали, у Дубравина кружилась голова. От любимой невесты он уходил словно пьяный и, оказавшись дома, сразу отрубился на добрых двенадцать часов, ведь с возвращения из командировки днём он занимал голову работой, а ночью тонул в злости на себя и чувстве вины перед Аней.
А когда он проснулся, невесты у него больше не было.
Решила ли Анна Михайловна не дожидаться следующего утра, а одним днём распрощаться со всем неприятным и поговорить с подругой, объяснив, что она слишком близко познакомилась с женихом, чтобы гулять на их свадьбе, или ушла из квартиры на ночь глядя по другой причине, уже не узнать.
Единственное, что сказали наверняка, что семидесятидвухлетний водитель был трезв и в очках, а на скорой в больницу её доставили уже мёртвой. Оно и неудивительно, когда голова и шея встречаются с бордюром. Столкновения с машиной не случилось, молодая женщина, видимо, сильно о чём-то задумавшись, поздно заметила свет фар и сама неудачно отпрыгнула, когда авто сдавало назад.
Никто не виноват.
Только Стас.
Ведь из-за его ошибки она куда-то пошла, а не провела вечер и ночь в безопасности с женихом.
И именно он дал ей повод для тяжёлых размышлений, которые помешали ей во время среагировать и избежать трагической случайности.
Как можно жить дальше, если последняя мысль твоей любимой была о том, что её предали?
Тускло. То есть жить можно, но радоваться, смеяться и любить — нет.
Окунувшись в прошлое, Дубравин младший простоял так минут сорок, в какой-то момент стянул шапку, чтобы охладить голову, а может, и подставить ветру свои невесёлые думы. Вдруг сдует? И, кончено, сильно замёрз.
А таксист не уехал.
— На сегодня заканчивать собирался. Довезу тебя, кефира куплю и домой, — объяснил он, когда Стас, постучав в окно, спросил, довезёт ли тот его до гостиницы.
Доехали они по ночному городу быстро, и отогреться Любин муж не успел.
А оказавшись в номере и скинув ботинки, он упал на кровать с чётким осознанием, что не хочет быть один. И что ему нужна компания. Можно сказать, жизненно необходима.
Короче, Стас не мог сейчас быть один, отдав себя на власть воспоминаниям и сожалениям.
И он нашёл себе компанию на ночь. Точнее, на час, а потом смог ненадолго уснуть.
В воскресенье Любу разбудил звонок Сергея.
Ночь вышла полу бессонной, и голова начала болеть ещё до того, как она вынырнула из дрёмы.
Мужчина спросил, как она себя чувствует, а потом извинился за ранний звонок, объяснив, что уже забыл, как себя ведут после таких ситуаций.
— …понимаю, что веду себя странно, но совсем ничего не делать и морозиться, не по мне. Из-за этого поспать толком не получилось.
Наверное, такое небезразличие характеризует Серёжу как ответственного человека, и это проявление заботы, но его случайная не выспавшаяся партнёрша была не в том состоянии, чтобы оценить его участие.
— Всё в порядке. Меры приняла, использованной себя не чувствуя, к тебе никаких претензий, только благодарность, — отрапортовала она.
В общем, разговор у них получился натужным и скомканным. Хотя и инцидент нестандартный.
Они не встречаются, но знакомы слишком долго, чтобы считаться разовыми любовниками, которые сталкиваются в клубе или баре, занимаются сексом, а на утро не помнят лиц друг друга.
По идее они оба одиноки, так как не имеют других сексуальных партнёров, но в то же время она замужем. Да и он, наверно, от развода не отошёл, раз женился по любви.
И как им теперь взаимодействовать после внезапного адюльтерчика непонятно.
А в обед Люба говорила со свёкром.
— У Стаса с телефоном что-то? Не дозвонюсь никак.
— Он мне отписался, когда регистрацию пошёл. Как у вас дела?
— Да какие у нас тут дела? Смог проснуться, уже хорошо, — скромненько выдал Дубравин старший.
— Вы осторожней с такими шуточками, у вас же там Лида.
— А она к себе пошла цветы поливать, нас не слышит, можно стариком побыть, — заговорщически ответил он и принялся за традиционный рассказ о своём здоровье с заверением, что таблетки пьёт по расписанию и жалоб не имеет.
