— Окей, поняла, — я начала злиться. — Перефразирую: зачем ты здесь, Роман? Пришел покопаться в моих трусах? Тогда не стоило будить, копался бы себе на здоровье. А то теперь я бодрствую и буду возражать.
— Что ты такое говоришь?!
— Ой, как будто ты не в курсе!
— Вообще-то нет! — его оскорбленная мина выглядела достоверно.
— Скажи еще, что не ты подсылал ко мне дюдиков. Я их видела своими глазами, это во-первых, а во-вторых узнала и запомнила, — ладно, узнала не я, а Вик, но это уже несущественные детали.
Ответ Романа был внезапным:
— А, ты об этом.
— Ага, — малость неподготовленная к такой быстрой смене курса, растерялась я. — Значит, теперь ты не отрицаешь.
— Как-то мы не поняли друг друга, Лана.
— У меня похожее ощущение.
Роман почесал светлый затылок:
— Как бы тебе понятнее объяснить… это был челлендж, и он тебя вообще не касался. Это только между нами и футболистами.
— Твое объяснение очень плохо работает — теперь я понимаю еще меньше.
— Там… наши дела, — Роман помялся и отвел взгляд. Посвящать меня в детали ему явно не хотелось, то ли это была такая большая тайна, что иллюминаты отдыхают, то ли он стеснялся. Лично я ставила на второе — наверняка там какая-то глупость, о которой и вслух-то лучше не говорить.
— Какие дела?
— Мы с футболистами бросаем друг другу вызовы. И в тот раз вызовом была ты.
Вызов от футболистов, у которых Вик за главного.
— Расскажи все, что знаешь, — я свесила ноги с подоконника, готовясь слушать.
Новость о моем состоянии каким-то образом дошла до Борисыча, поэтому от вечерней тренировки меня освободили в принудительном порядке.
— Это даже не обсуждается! — лютовал он. — Достаточно того, что я утром послушал травмированного ребенка и пустил его на тренировку. Больше такого не повторится.
— Это правильно, — поддакнула я. — Но что насчет меня?
Борисыч улыбнулся краешком губ и покачал головой:
— Отдыхай, Лана.
В итоге до самого вечера я валялась на пляже с читалкой — наконец-то добралась до Сунь-цзы. Погода была приятной — не солнечной, но теплой, а озеро в таких условиях приобрело темно-синий, глубокий оттенок. Очень хотелось понырять, но я решила прислушаться к рекомендациям и дать себе отдохнуть. Тем более, мои нырки не так уж отличались от фляков, после которого голова едва не взорвалась. Не хотелось бы повторения этой боли.
От чтения меня отвлекли голоса — судя по всему, обитатели лагеря после тренировок тянулись к домикам, чтобы привести себя в порядок перед ужином. Значит, и мне пора — ужин я пропускать не планировала. Я отложила книгу и ненадолго прикрыла глаза, поэтому и пропустила появление Вика.
Весь взмыленный после тренировки, но сел на соседний лежак. На меня смотрел со смесью беспокойства и радости, что сразу взволновало, и мое размеренное спокойствие, набранное под темными облаками у озера, тут же испарилось. Сердце зачастило так, словно я только что отработала вольные упражнения с четырьмя дорожками акробатики, и это лишний раз подтверждало — общество Вика мне не на пользу. Но так уж вышло, что я и сама хотела с ним поговорить.
— Такое чувство, будто мы лет сто не виделись, — сказал он с улыбкой. — Тебя очень не хватало на тренировке, Лана.
— Вини своего Борисыча, это он вынудил меня отдыхать.
— И я с ним абсолютно согласен.
— Тогда ты сам себе противоречишь, Вик.
— Ничуть. Я сказал, что тебя не хватало — это чистая правда, но носиться по полю тебе еще рано.
Я смерила его недовольным взглядом:
— Ты от Романа по носу получил, я своими глазами видела. Значит, тебе тоже рано по полю бегать? Думаю, поговорить с Борисычем на эту тему и сказать, чтобы он и тебя отстранил.
— К сожалению уже поздно — он видел, как я сегодня играл. Но вообще твоя идея мне нравится — так мы бы весь день могли провести вместе.
— С чего бы вдруг нам это делать?
Вик рассмеялся, словно я пошутила, и головой покачал:
— Вот поэтому ты мне так нравишься, Лана.
Опять он за свое! Разве не принято держать свои симпатии в тайне до победного или что-то типа того? Зачем каждый раз об этом напоминать? Я, может, только успела хоть немного забыть и расслабиться.
— А ты мне не нравишься вовсе, Вик.
— Да-да. Конечно.
— Ты самоуверенный, смазливый и нахальный. И от тебя куча проблем.
— Мне жаль, что ты пострадала в той драке.
— Ну это вообще самый незначительный инцидент, — вздохнула я.
Взгляд Вика стал растерянным, а сам он перестал улыбаться:
— Случилось что-то еще?
