Второй корабль был уже не далее чем в двух сотнях метров и теперь тормозил, входя в тучу обломков, оставшихся после взрыва. Эван увидел дуло установленного на носу орудия, когда корабль проходил прямо над ним, и решил ни в коем разе не попадать под выстрел. Он распрямился, дал хороший импульс двигателями и попытался схватиться за что-нибудь.
Это заняло у него секунд десять, но наконец ему удалось вцепиться в скобу на подпорке и подтянуться к одному из шасси корабля. Это была «Лада», передняя часть в виде куба, задняя — сферическая, посередине нечто вроде осиной талии. Он осторожно продвигался вперед, не слишком волнуясь, слышно это изнутри или нет. Он уперся спиной в кабину, схватился за подпорку грузовой части с такой силой, что пальцы его перчатки чуть ли не погрузились в сталь.
И начал толкать.
Сильнее. И еще раз.
Корабль развалился по центральному шву. Даже сьют Эвана не смог удержать его в полутора футах от центра декомпрессионного взрыва. Его вынесло, как корковую пробку из бутылки с шампанским, и добрых полминуты он вращался в невесомости, пока не сумел снова восстановить контроль над своим движением, чтобы начать постепенно замедляться.
Вспышка голубого огня прошла настолько близко, что чуть не задела его вытянутую руку. Невероятно, но даже в вакууме он буквально ощутил жар луча.
Выстрел шел откуда-то сзади. Он снова свернулся и с помощью двигателей отлетел в сторону. Корабль прошел в сотне метров над ним, продолжая стрелять, правда, в пустоту — как и сказал Джосс, орудие было закреплено намертво. «На самом деле надо было бы установить его ближе к центру корабля», — подумал Эван. Он пустился следом за кораблем, молясь, чтобы успеть добраться до него прежде, чем тот развернется.
Вообще, хорошо, что они охотятся за ним, а не наоборот. Это сохранит ему горючее для ножных двигателей.
«Лукреция мне устроит разнос», — подумал он. Он включил двигатели, и тут ему стало нехорошо — корабль разворачивался. Но он был гибче, он увернулся быстрее. Нырнул кораблю под брюхо, туда, где находились подпорки. На сей раз это был «VW», не обычный куб, а модели «пассат», более дорогой рудовоз. Он был покрепче. Эван вздохнул и достал еще одну гранату, засунул ее в раструб ионного ускорителя и быстренько оттолкнулся от корабля.
Тот взорвался у него за спиной. Эван свернулся, чтобы как можно меньше подставляться под осколки, затем распрямился и осмотрелся.
За Хайлендзом беззвучно расцвел голубой шар пламени.
— Это ты? — послышался в ушах торопливый голос Джосса.
— Нет. Я занимался другим делом.
— Стало быть, взорвался один из моих «паралитиков». Наверное, он был под завязку напичкан бомбами, — с оттенком восхищения произнес Джосс. — Списываем в утиль. Скольких ты еще уделал?
— Троих. Но я сейчас, похоже, далековато от центра событий.
— Мне бы так, — отозвался Джосс.
«Давай, «Носуха», давай. Мы сможем! А если не сможем — то мы покойники».
На него шли двое. Флагмана среди них не было. Беда заключалась в том, что двигатели у них были специально приспособлены для того, чтобы нести подобное вооружение. Они стреляли и явно не собирались просто покалечить его и продолжить свое дело — они собирались его уничтожить, потому как он их достал.
Было бы неплохо разъярить их еще посильнее, но сейчас разумнее заняться спасением собственной шкуры. Во-первых, если его корабль уничтожат, пять парализованных кораблей снова оживут, и Эвану придется разбираться и с ними. А голос у Эвана был уже слегка усталый, так что, подумал Джосс, надо бы самому разобраться с нехорошими парнями.
И остаться в живых, что само по себе тоже неплохо.
Два корабля сидели у него на хвосте, но, даже будь у них двигатели в два раза сильнее, чем у «Носухи», маневренности им не хватало. Он нырял и крутился вокруг, уворачивался, что, в частности, было одной из причин их ярости. Он также позволил им порой пальнуть в себя, что было, конечно, глупо, но давало им надежду на то, что в другой раз они таки попадут в него.
Пусть войдут в азарт, это будет ему на руку.
Один из кораблей снова выстрелил, но Джосс заметил, как тот целится, и вильнул метров на пятьдесят в сторону. Корабль позади него начал разворачиваться, другой старался выйти вперед, чтобы взять Джосса в «вилку».
Он был категорически против этого. Он ударил по клавишам пульта, ушел с их плоскости в сторону Земли. Официально это запрещалось, но он хотел увести их как можно дальше от Хайлендза. Возможно, собственная логика подсказывала им, что сейчас безопаснее держаться в стороне от Хайлендза. Ведь некоторые из их кораблей вдруг чудесным образом вышли из строя, а остальные превратились в обломки и замерзший воздух. Наверняка они поняли, что кто-то разгадал их замыслы. «Если бы я был фанатиком, готовым умереть ради своего дела, — подумал Джосс, — что бы я сделал?»
Ответ заключался в самом вопросе. Джосс продолжал отступать к Земле, но уже не так быстро. Преследователи тоже притормозили, но не оставляли его в покое. Если бы ему удалось притвориться, что у него кончается топливо или возникла какая-нибудь неполадка…
