Тсуна откидывается на спинку дивана и облегчённо вздыхает — сегодня просто райский день. Потихоньку все приходят в гостиную, потому что как бы то ни было, но всем интересно, что же на самом деле происходит. Возле Тсуны присаживается Киоко, а рядом с ней, с помощью Кена садится Хром. Совсем скоро можно будет пойти спать, но сначала, всё-таки интересно узнать, что же происходит. Ламбо и И-Пин сидят рядом на полу, на каком-то старом одеяле, которое девушки нашли, и играют между собой. Фуута находится рядом, рассматривая свои карточки и что-то тихо шепча себе под нос.
В гостиной стоит тишина, прерываемая тихим дыханием. Все ждут.
Дверь в комнату резко открывается и в гостиную забегает Хаято, держа в руках кучу бумаг и книг. Он выглядит нервным, мышцы лица напряжены, а брови нахмурены. Видно случилось, что-то ну очень не хорошее.
— И как результаты? — Бьянки первая отмирает и, поднявшись с кресла, направляется к столу, на который Гокудера кинул принесённые вещи.
— Потрясающие! — каждый понимает, что это сарказм.
— Все настолько плохо? — Такеши чуть потягивается, сидя на другом диване.
— Я не знаю… — на юношу смотреть страшно, потому что вид непривычно растерянного Хаято, кажется, многих вводит в ступор. — Это просто почти нереально. Температура практически за неделю, даже меньше, упала где-то на 30-25 градусов!
— Такое вообще возможно? — Тсуна понимает, что это глупый вопрос. Это уже произошло, значит, возможно. А ещё его берёт дежавю, он уже задавал этот вопрос, когда они шли первый раз в магазин. — На второй день с утра, уже был иней, значит, всё началось практически сразу же?
— Получается, что так, — Хаято кивает, перебирая бумаги, которые он принёс. — Я немного поработал с теми приборами, что мы притащили, хотя и пришлось быстро пролистать несколько книг перед этим.
— Это те, которые ты тогда взял на метеорологической станции? — Тсуна, наконец, встаёт с дивана и подходит к столу с бумагами.
— Да. В этом довольно трудно было разобраться, но я всё-таки кое-что понял. И первое — атмосферное давление повышено.
— И на сколько? — Тсуна уже готовиться к неприятным новостям.
— Норма 700 мл. ртутного столбца, а барометр просто зашкаливает, — он достаёт из-под кипы бумаг, небольшой прибор похожий на компас.
— То есть…
— Я не имею точных данных, потому что значение, похоже, выше, чем может показать барометр. А самое высокое это 800 мл. рт. столбца.
— А на что влияет атмосферное давление? — Киоко нервно сжимает пальцами подол юбки.
— Если говорить об организме, то чаще у больных людей повышается давление. Ну и вроде психическое состояние не совсем стабильное, — Хару немного смутилась, когда на неё все удивлённо посмотрели.
— А из-за чего атмосферное давление то поднялось? — Тсуна опирается руками на стол, всматриваясь в текст книжки, лежащей возле бумаг.
— Я пока этого не знаю, но то, что тут творится какая непонятная чертовщина это точно, — он тянется за бумагой и, взяв её в руки, кладёт перед Тсуной и Бьянки. — Ещё с влажностью что-то произошло. Но как по мне это не сильно и критично. По сравнению с нормой, написанной в некоторых книгах, у нас воздух более сухой, хотя это странно…
— То, что холодно и душно? — Бьянки заинтересованно разворачивает к себе лист, всматриваясь в таблицу.
— Да. Ну и последнее… Я не знаю, как вообще это произошло… — Хаято тяжело вздыхает и достаёт с кармана дозиметр.
— Только не говори, что у нас что-то есть… — вот теперь Тсуне действительно страшно.
— Что там такое? — Такеши заинтересованно смотрит на подростков, стоящих возле стола.
— Радиация, — все в комнате задерживают дыхание. — Спасибо хорошей инструкции за нормальное пояснение. Сейчас в городе превышена радиация. У нас тут максимум должно быть около 20 рентген, а здесь… 400.
— Что…? — Киоко шокировано смотрит на Гокудеру, прикрывая рукой рот. — Но это ведь очень опасно.
— Да. Это почти смертельная доза радиации, и мы все должны умереть где-то через недельку, может полторы, — Хаято кривится, смотря на прибор, который мигает и через секунду показывает «407 R».
— Что за бред… — Кен хмурится, складывая руки на груди.
— Да бред, потому что по идеи мы должны все лежать и вообще почти не двигаться, а глядя на всех…
— Все себя чувствуют более или менее хорошо, но при смерти никого точно нет… — Тсуна оборачивается и оглядывается на ребят. К столу подходит Кёя, вытаскивая из-под груды бумаг 2 карты, городскую и карту префектуры.
— Радиацию можно объяснить, — О-о расстилает по столу вторую карту. — Дай ручку.
Гокудера ошарашенно смотрит на Хибари, но нужный предмет ему даёт. Тсуна же с удивлением смотрит на бывшего ГДК, который ведёт себя слишком спокойно. Сколько же усилий он прикладывает?
— В префектуре есть засекреченная атомная электростанция, вот здесь, — Кёя обводит красной ручкой место на пустыре далеко за их городом. — В Японии, насколько я знаю, около 17 станций, если не считать несколько засекреченных. Властям было не выгодно, что бы люди знали о ней, поэтому и скрыли информацию, чтобы проводить меньше проверок и контроля над всем этим делом.
