Через двадцать минут дроид, свистя антигравами, появился на лётной палубе. По местному времени была ночь, и хотя дежурный техник присутствовал в своей каморке, появление дроида осталось для него незамеченным, а тот подлетел к моему боту и по только что опустившейся аппарели влетел в небольшой трюм, где я его уже ждал.
Дальше уже работал я. За сорок минут мне удалось модернизировать дроида под обновлённые задачи. Глушилку нейросети я установил под бронированным кожухом, выведя антенну наружу и прописав новое оборудование на комп дроида. Но это ещё было не всё, не стоит забывать про медлекарства и инъекторы. Сделав пару коктейлей, я зарядил их в два инъектора и убрал в опустевший грузовой трюм дроида. Весь груз лежал на палубе бота. Всё, дроид был модернизирован под новые задачи, дальше ему пора работать. Не стоит тянуть время, оно и так утекает сквозь пальцы.
Дроид, также незамеченным, как и появился тут, покинул лётную палубу и направился в сторону ремонтных доков, где стоял «Эритан». Да, пока дешифратор взламывал искин отвечающий за реакторы, я решил отбить обратно свой крейсер. Слишком жирно оставлять его пиратам. Однако, так как дешифратор был занят, да и не было у меня времени ломать ещё и корабельные искины, поэтому я решил поступить несколько проще, но грубее. Узнать коды доступа к новым искинам у техников. Должны знать их, старший так точно.
Я вернулся из грузового отсека в трюм и, устроившись в кресле, стал наблюдать за работой дроида. Особо я не беспокоился о внезапно нагрянувших хозяевах, то бишь о пилоте этого судна. Оно уже три дня стоит, и свежих заявок на его использование в сети не было. Тут ведь как? Подаёт кто-то из персонала станции заявку искину, и тот отправляет её или дежурному челноку, регистрируя заявку или находя пустой. Этот бот мной был убран из резерва, тем более он был приписан к диспетчерской, и использовали его в основном они. Именно поэтому я был спокоен.
Когда дроид достиг нужных доков, я взял его управление на себя. К сожалению, мы успели всего ничего, хотя, может, это и к счастью. Ремонтники закончили приводить крейсер в порядок, и его только что принял новый экипаж. Пока из шести человек, но капитан и пилот там были. Это минимальное количество для перегона, если там нет универсалов. Наблюдая с помощью датчиков на внешней обшивке, как длинный корпус крейсера медленно покидает док, я задумался, после чего стал ждать. Вряд ли экипаж улетит из системы, скорее всего, пристыкуется к одному из внешних шлюзов, как это делают другие экипажи. Полазив в памяти управляющего искина станции, я нашёл нужную информацию, какой шлюз зарезервирован за этим кораблём. После получения этой информации дроид, который замер в одной из ниш коридора рядом с доками в режиме ожидания, поднялся и полетел в нужный сектор. Так как для него некоторые сектора были закрыты, вроде медсекции, дроиду пришлось сделать крюк, но он добрался до нужного места.
Холл у шлюза контролировал подчинённый мне искин, так что я сразу обнаружил, что через десять минут после стыковки с корабля сошли трое, видимо остальные трое, включая капитана, остались на борту, ночь всё же. Работать в холле мне было нельзя, так как его ещё контролировали и камеры с корабля, это штатная процедура от абордажа, поэтому как только трое пиратов повернули за угол, где их ждал дроид, то включилась глушилка, и тот облучил всех трёх полицейским станнером. Если у кого и стояли импланты защиты от нейроизлучения, то поставленный на полную мощность станнер быстро подавил их, и все трое улеглись на покрытие пола. Вырублены они были наглухо, но, честно говоря, особо они мне были и не нужны. Даже пилот, что разлёгся на полу, был лишь наёмником и не мог иметь кодов доступа.
Естественно, сенсоры в коридоре засекли использование станнера и глушилки, но сигнал никуда не ушёл, я вообще затёр его из памяти искина. Отключив глушилку нейросети, я с помощью искина отправил капитану крейсера от имени местного управления СБ сообщение, что двое членов его экипажа подрались и патрульному дроиду пришлось вырубить всех троих. Тот быстро ответил, запросил информацию по местоположению своих подчинённых и буквально через три минуты появился в холле шлюзовой в сопровождении одного из своих людей, значит, на борту остался последний, шестой. Уже хорошо.
Как только капитан, на вид ему было лет сто, этакий космический волк, повернул за угол, включилась глушилка дроида, подчинённый был вырублен станнером, а капитан был блокирован манипуляторами. Наблюдая, как тот корчится в «руках» дроида и матерится, я достал с помощью третьего манипулятора инъектор и ввёл лекарство в шею капитана. Через восемь секунд тот поплыл и смог отвечать на мои вопросы. Активировав на минимуме громкую связь на дроиде, я стал задавать капитану вопросы. Работающая глушилка мне нисколько не мешала, я оставил небольшой канал для связи с дроидом.
