Космобиолухи полностью

Станислав в свою очередь зачарованно уставился наша­почки.Что-то похожее, только из фольги, он видел в одной эзотерической передаче, на которую случайно переключил­ся во время рекламной паузы в хоккее. Толстая экзальтиро­ванная тетка уверяла зрителей, что в секретных инопланет­ных лабораториях давным-давно разработан пси-передат­чик, и только этот головной убор может защитить человече­ство от зомбирования и дальнейшего порабощения. На толстухе шапочка смотрелась вполне органично, гармони­руя с кучей амулетов от сглаза, утечек биополя и паразитов кармы. На Сакаи ей сочетаться было не с чем, разве что с древесным ежиком, которого Станислав тоже видел впер­вые.

С трудом опустив взгляд ниже, капитан постарался при­дать лицу как можно более приветливое выражение, отго­няя мысли о треклятом киборге.

— Станислав Петухов, капитан транспортного судна...— Стае встречным жестом протянул Сакаи руку, запоздало спохватившись, что кораблик так и остался безымянным.— Сопровождаю микробиологическую базу.

Капитаны обменялись оценивающими рукопожатиями. У Станислава ладонь была широкой и жесткой, у Родже­ра — узкой и холодной, но в целом силы оказались пример­но равными.

«Название корабля не сказал, смутился,— отметил Са­каи.— Испугался, что по базе пробью и что-то нарою?» «Похоже, у геологов с финансированием еще хуже, чем у микробиологов»,— сочувственно подумал Станислав, раз­глядывая линялый комбез гостя, не то усевший после мно­гочисленных стирок, не то изначально маловатый. Сакаи то и дело передергивал плечами в тщетной попытке его разно­сить. Родной, с полицейскими нашивками, пришлось оста­вить на корабле, взамен откопав в кладовке это невесть кому принадлежавшее старье.

— Вениамин, судовой врач,— в свою очередь предста­вился второй «патрульный», воровато прижимая ладонью оттопыренный карман.

— Джилл, механик,— пискнула блондинка, едва доста­вавшая своему капитану до плеча. Наряд девушки отличал­ся еще большей экстравагантностью и (за вычетомшапоч­ки)состоял из армейских ботинок, мазка копоти на щеке и авангардного подобия мешка (по размеру — из-под картош­ки, но сшитого из алого шелка и украшенного рюшечками). Впрочем, за инопланетной модой Станислав не следил и сделал вид, что находит гостью очаровательной.

— Заходите,— радушно пригласил он гостей на ко­рабль.— Чайку попьем, побеседуем!

На первый взгляд безымянное судно казалось именно тем, за что его пытались выдать: старым транспортником, отставшим от захваченного пиратами «куровоза» лет на два­дцать, а то и больше. Воздушный шлюз открывался по сиг­налу с браслета капитана («поставить жучок и записать сиг­нал», сделал мысленную пометку Сакаи), а вместо изолиру­ющих мембран отсеки разделялись обычными панельными дверями.

Когда они разъехались, у Роджера перехватило дыхание, а Джилл в ужасе вцепилась в его локоть обеими руками.

На полу просторной рубки в огромной красной луже ле­жал один человек, вместо надгробия придавленный боль­шим белым ящиком. Другой, выглядевший так, будто его заживо оскальпировали, безуспешно пытался протереть глаза от кровавой слизи и, несмотря на жуткую рану, сочно матерился.

— Что это такое?! — Первым опомнился Вениамин, не сумевший, несмотря на обширный врачебный опыт, отнес­ти лужу ни к венозной, ни к артериальной крови.

— Малиновый кисель...— простонал навигатор из-под стола, сваливая ящик на бок. Шайтан-машина оказалась скорее объемной, чем тяжелой, и Дэну больше досталось от ее углов.

— А по-моему, вишневый,— облизнулся Теодор.

— Живо все это убрали! — прорычал Станислав, опознав биосинтезатор и наконец разобравшись в ситуации. Но де­сяток седых волос она ему все же добавила.

К священному ужасу Сакаи, полутрупы мигом вскочили и засуетились вокруг стола, ликвидируя следы взаимного убийства. Через пять минут уже можно было садиться, хотя наскоро оттертые от брызг стулья подозрительно блестели. И липли, как убедился Роджер, украдкой потрогав их паль­цем.

Выполнив приказ, парочка живых мертвецов удалилась в душ, оставляя за собой алые следы. Сакаи перевел дух — и обратил внимание на странный, несильный, но въедливый

запах.

— А давайте-ка лучше снаружи посидим! — громко пред­ложил Станислав, заметив, что гости подозрительно крутят носами. Сам капитан успел принюхаться к корабельной ат­мосфере, а по сравнению с тем, что творилось здесь неско­лько дней назад, это вообще был чистый горный воздух.— Такой чудный вечер сегодня, ни ветерка...

На глазах изумленного Сакаи капитан сам ухватил два ближайших стула за петли спинок и поволок к шлюзу. Род­жеру ничего не оставалось, как последовать его примеру. Стулья оказались тяжелыми, к тому же по пути Сакаи умуд­рился врезаться в колонну, из-за какого-то оптического эф­фекта казавшуюся дальше и кривее, чем она есть.