Космобиолухи полностью

— Здорово, наверное, быть геологом,— вздохнула Поли­на, осторожно поглаживая смирившегося со своей участью Петровича.— Летаете по космосу, открываете новые миры... А мы чахнем над пробирками, как Кощей над зла­том. Никакой романтики.

Сакаи почувствовал, что на слово «романтика» у него скоро выработается идиосинкразия.

— На самом деле у нас работа тоже довольно скучная,— «признался» он.— Наметить перспективные области для за­сылки разведзондов, дождаться их возвращения, проанали­зировать данные... Все это можно делать за чашкой кофе, не выходя из офиса с кондиционером, и большую часть этой работы выполняют люди с университетским дипломом, ко­торые в жизни дальше лунной орбиты не летали. Чаще всего роботы возвращаются ни с чем, приносят всякую пыль. Но если вдруг мелькнет что-то интересное, тогда боссы начи­нают пинать уже нас. Можно сказать, вся романтика доста­ется на нашу долю, да...— Сакаи кисло усмехнулся.— На­пример, месяцами долбить какой-нибудь астероид лишь за­тем, чтобы в итоге выяснить, что трансуранидами там и не пахло, просто кретин-робот взял пробы в месте посадки по­врежденного корабля. Или полгода ставить буровые на ме­тановой планете с тройной силой тяжести. Или...

Гостя слушали участливо, но без особого интереса, чего Сакаи и надо было. Эту слезливую историю он почерпнул из допросов геобраконьеров в бытность свою лейтенантом полиции и опасался, что половину забыл или переврал.

— ...честно говоря,— закончил Роджер,— я думаю, что вся романтика закончилась где-то в двадцать первом веке, а сейчас в космосе осталась только рутина.

— А вы сами, наверное, много всяких месторождений открыли? — не сдавалась Полина.

— Ни одного,— честно сказал Сакаи.— Я очень невезу­чий геолог.

— Кстати, как там продвигаются ваши научные изыска­ния? — вспомнив, обратился Станислав к Наталье.— А то наши гости интересовались...

— Неплохо, очень неплохо! — бодро ответил за нее Вла­димир.— Мы уже выделили семь штаммов, два из них — гем-позитивные.

— Это как? — озадачился капитан.

— То есть способные разлагать гемоглобин,— пояснил ученый.— Правда, это происходит только при температуре ниже двадцати двух градусов и с выделением токсина, кото­рый при накоплении вызывает лизис¹колоний, но даже по­тенциальная способность инфицирования с точки зрения науки очень интересна...

С точки зрения аудитории, лучше бы она потенциальной и оставалась.

— И чем же она так интересна? — осторожно уточнил Сакаи.

— Ну как же! — поразилась Наталья, забыв о застенчиво­сти.— Вдумайтесь, фермент для разложения гемоглобина есть, а гемоглобиновых форм жизни на планете нет! Значит, что из этого следует? Что либо раньше они здесь были, но почему-либо исчезли — не исключено, что в этом есть вина и Maramekia,— либо мы их еще не обнаружили! Так по спо­собу питания блохи можно догадаться о существовании со­баки, понимаете?

— Но поскольку большая часть штаммов этим фермен­том не обладает — вероятно, утратила за ненадобностью,— мы склоняемся к первому варианту,— добавил Владимир.— Черт, что-то у меня с обеда левая ладонь чешется... и шелу­шится.— Ученый энергично ее поскреб.

— Наверное, к деньгам,— пошутила Мария Сидоровна, но ее дребезжащего хихиканья никто не поддержал, да и во­обще собеседники как-то погрустнели.

' Растворение, разрушение.

— Пожалуй, нам уже пора,— пробормотал Сакаи, украд­кой пихая Джилл ногой.

Но вытащить Мисс Отвертку из-за стола оказалось не так-то просто.

— Ну, капита-а-ан! — отбрыкивалась она.— Ну еще ми­нуточку! Мы как раз обсуждаем, можно ли снизить потери энергии при прохождении импульса через...

Роджер понял, что оторвать ее от коллеги удастся только грубой силой, и встал. То есть попытался — комбез упорно не желал расставаться с насиженным стулом. В итоге после особенно сильного рывка под капитаном что-то жалобно треснуло. Побледнев, Сакаи украдкой глянул вниз, но фрагмента штанов на сиденье не обнаружил. Арамидные волокна ткани оказались прочнее дешевого пластика и вме­сто того, чтобы остаться на стуле, прихватили часть его с со­бой.

Хозяева тактично сделали вид, что ничего не случилось. Хотя из толпы провожающих гостей до катера то и дело до­носилось сдавленное хихиканье, всякий раз на разные голо­са.

— Дурдом какой-то! — выдохнул Сакаи, едва дождав­шись, когда закроется люк.— То ли они психи через одного, то ли просто издевались.

— Ну механик у них вроде ничего, — осторожно возрази­ла Джилл.

— Да, я заметит, что вы с ним нашли общий язык... или что-то вроде того,— буркнул Роджер.— В следующий раз все-таки возьму Фрэнка, посмотрю, с кем он скорешится.

— А меня?!

— А у тебя график ремонта забит на три недели вперед,— проворчал капитан, но, видя, что девушка приготовилась хлюпать носом, смягчился и добавил: — Там посмотрим.

* * *

— Я думаю, это все — ха! — было подстроено! — уверенно сказал Винни.— Они не хотели, чтобы ты — ха! — ходил по их кораблю, вот и разыграли сценку из тупой — ха! — коме­дии. Уф, сто пятьдесят!