Космогонические мифы полностью

Мотив первой жертвы можно также найти в Энума Элиш, где хаос, ужасная Мать Богиня Тиамат, убивает Мардук; из ее трупа создается весь мир. Она является первой жертвой. Здесь первая жертва не Бог, но Богиня. Та же идея, но в другом аспекте, содержится в самой древней индусской космогонии, где мир создается как акт жертвоприношения. Согласно некоторым индусским космогониям первозданным существом был великан Пуруша (слово буквально переводится как «человек», «мужчина»). В некоторых других текстах, согласно определенным комментаторам, он идентифицировался с Вишну, но в основном тексте он обычно упоминается как просто Пуруша, то есть мужчина. Весь космос имел форму Пуруши. У него была тысяча голов и тысяча ног, он был больше земли, простирался за ее пределы и покрывал собою все. Из его тела был создан мир. Но акт сотворения описывается как ритуал жертвоприношения, в котором первый человек, Пуруша, был жертвой. Каждая часть его разрезанного тела стала частью вселенной: голова стала небом, пупок — воздухом, ноги — землей. Из его мозга получилась луна, из глаз — солнце, из дыхания — ветер. Таким образом, они, боги — внезапно возникают множество создателей — сформировали мир. Один текст говорит, что Пуруша является всем: тем, что было, тем, что есть, тем, что будет. Четверть его тела — это все живущие существа на земле, а остальные три четверти — бессмертные на небе. Иногда в поздней философии (Санкхья) Пуруша является душой материи, противоположным материи. Я не хочу сейчас описывать все тонкости; я хочу выделить идею того, что материал, из которого был создан мир, является божественной жертвой.

Китайский бог Пань Ку также является не просто ремесленником, создающим мир, но и первой жертвой, и мир создается из его трупа. Когда Пань Ку плакал, как говорится в одном тексте, из потока его слез возникла желтая река Янцзы; он дышал, и дул ветер, он говорил, и гремел гром; он огляделся вокруг и молния сверкнула из его глаз. Когда Пань Ку был в хорошем настроении, то и погода была хорошая, если нет, то было облачно и хмуро. Когда он умер, его останки развалились на части, превратившись в 5 священных гор Китая. Его голова стала горой Тайшань на востоке, его тело — горой Суншань в центре, правая рука — горой Хэншань (Шаньси) на севере, левая рука — горой Хэншань (Хунань) на юге, а ноги — горой Хуашань на западе. Его глаза превратились в солнце и луну, жир, растаяв, стал реками и морями, а волосы, дав корни, покрыли землю в виде растений. Итак, хотя Пань Ку в некоторых мифах и на некоторых изображениях является ремесленником, здесь он предстает жертвой и материалом, из которого был создан мир.

Такой же мотив встречается в старой германской мифологии, в которой первозданным гигантом является Имир. Имя Имир означает звук кипящей воды в котле, звук бульканья. В немецком языке это переводится как Urgebraus, звук волн в шторм. Один перевод говорит:

Мы знаем, что Вотан и двое его братьев, Вили и Be, лишили жизни Имира, или же Один сделал это (Один — скандинавское имя; в немецком это Вотан). Эти три брата были сыновьями Бёра. Имир является своего рода великаном. Эти же троя первые, кто является не великанами, но богами. Как дети великана внезапно стали богами не объясняется, но очевидно, что они обладают большим могуществом в мире, чем великаны. Согласно Саксону Грамматику они убили Имира, и в его крови утонули все другие замороженные великаны. Затем три брата затащили Имира в первичный хаос — Ginnunga-gap — и сформировали из него землю. Они взяли череп и сделали из него небо, поддерживаемое четырьмя дварфами. Поэтому иногда в поздних кеннингах (загадки в стихах) небо называется черепом, подпираемым четырьмя дварфами. Нордическая поэзия полна подобными косвенными упоминаниями.

В Волюспе вариация этого мифа гласит:

Слово Ginnunga родственно немецкому слову gähnen и английскому слову yawn. Это своего рода огромная, открытая щель, открытый рот. Также слово chaos в корне имеет значение «зевота» — зевающая бездна.

Другой текст гласит: