Уже собираясь выйти, меня вдруг пронзило. Я убил человека, а никакого наказания, кроме невозможности снова попасть на Землю, не получил? Тут же обернувшись, я выпалил этот вопрос начальнику охраны.
- А ты думал, ваши жизни здесь чего-то стоят? – удивился он. – Чтобы ты знал. Из всех вчерашних новичков, осуществивших свой первый выход, только две трети вернулось живыми. Кто-то улетел в открытый космос, кто-то не рассчитал с потреблением воздуха и задохнулся. Пока вы не получили хотя бы второй разряд, никто о вас заботиться не будет.
- А убитый? – я точно помнил, что он новичком не был, и нашивка у него была как раз со вторым разрядом.
Антон чуть поморщился на это.
- Мне выговор, тебе метка и сутки карцера. Будь ты старожилом, как убитый, сейчас бы в реанимации отлеживался и в следующий раз сильно бы подумал, нужно ли тебе так подставляться? Так что, как видишь, здесь вы мясо. И будете таковым, пока не выплатите долг.
- Разве не выгодно банку, чтобы мы работали, а не умирали?
Тут уже Антон улыбнулся, смотря на мою наивность в вопросе.
- Ты за банк не переживай. Он свое с вас в тысячекратном размере берет. С каждого! Вот уж кто никогда внакладе не останется. Все, вопросы окончены, шагай, пока я тебе персональное наказание не придумал!
Не став больше нервировать амбала, я пошел к своей семье.
На подходе к нашему кубрику я увидел занимательную картину: мой Женя что-то обсуждал с местными пацанами и, судя по его позе и жестам, явно был за главного.
- … не сильно, понятно? – услышал я, подойдя ближе. – Жертвы нам не нужны, а проучить надо! Никто же не хочет, как мой отец, оказаться в тюрьме? – тут он заметил меня. – В общем, пошли, - закруглил он разговор с подростками. Все, чего я удостоился от него – это кивка в знак приветствия. Стало тошно. Неужели мой сын тоже меня презирает за мой поступок?
Уже когда ребята отходили, я рассмотрел синяк на скуле у Жени. Подрался? Но догонять и выспрашивать детали не стал, а завернул в кубрик. У Алены узнаю.
Моя римлянка сидела перед монитором и смотрела какую-то передачу про нашу Землю. Увидев меня, она сразу выключила ее и, подойдя, крепко обняла.
- Олег, зря я тебя не послушала, - огорошила меня супруга. – Нужно было оставаться.
- Что-то не так? – чуть отодвинув ее, чтобы посмотреть в глаза, спросил я.
- Да все не так! – вдруг сорвалась она. – Этот космос, эта теснота! Приставания местных кобелей, да еще и сам начальник! – я не поверил своим ушам. Антон приставал к моей Алене? – Местные «курицы» туда же. Сами ничего, кроме училища, не заканчивали, а еще и тычут
Не выдержав, Алена разрыдалась. Не зная, что предпринять, я осторожно обнял ее, слегка поглаживая по спине, чтобы успокоить.
- Как у Жени дела? – решил я перевести тему и заодно задать вопрос, который собирался после недавней сцены в коридоре.
- А что с ним? – чуть всхлипывая, начала отвечать любимая. – Подрался, как это у мальчишек заведено. Но сумел, в отличие от отца, никого не убить и даже уважение заработать. Теперь активно местных строит, банду сбивает.
Хоть у кого-то все по плану.
Ночь прошла спокойно. А утром повторился мой первый день пребывания на станции. Будильник, завтрак, шлюз перехода на транспортник. Уже знакомый Данила встретил меня прохладно. Не было того расположения, что ощущалось при первой встрече.
Заговорил он со мной только после часа работы во время очередного перерыва на отдых.
- Знаешь, - начал он. Я от неожиданности даже дернулся слегка, из-за чего пришлось восстанавливать свое положение, чтобы не улететь никуда. – Знаешь, - продолжил он, когда я вернулся в прежнее положение, - я ведь Виталю, как и многие, недолюбливал. Дрянной человек был. Но убийц, сам должен понимать, не любят еще больше, - тут он вздохнул. – В общем, тебе бойкот решено объявить. И твоей жене. Сына тоже хотели включить, но он уже успел подмять под себя нескольких парней позадиристей, а идти против своих детей никто не станет.
- К чему ты ведешь? – угрюмо спросил я.
- Тебе же метку дали? – спросил он вместо ответа. Я кивнул. – Не буду сейчас рассказывать байки о людях, что стали героями. Скажу просто. Такие, как ты, кто выделялся из коллектива или просто являлся сорвиголовой, в свое время и стали зачинщиками первого бунта рудокопов. Помнишь, что после этого правительство сделало?
- Организовало космогонки, - уже понимая, к чему он ведет, ответил я.
- Именно. И, между прочим, с абсолютного чемпиона снимают любые метки и ограничения! – тут он наставительно поднял палец. – А ты, как мне нашептали, и на Земле гонял.
- Те гонки сильно отличаются от здешних, - возразил я. Но главный приз, меня признаться заинтересовал.
