Ллойд Барнс. Его имя всплыло в памяти. Грабежи, вымогательство, похищения, убийства, убийства и снова убийства. Полоумный садист. Именно поэтому я даже вздохнул с облегчением, когда он отказался и заявил, что не станет помогать нам с Пожирателями.
Посчитал, что пусть лучше этот зверь останется запертым и дальше.
Барнс словно играл со Скаем. Переминаясь с пятки на носок, он с наслаждением доламывал оставшиеся целыми колеса дроида.
— Ублюдок, у тебя три секунды, чтобы убрать ногу, иначе сдохнешь, — взбешенно прошипел Скай. — Слово капитана. Один! Два!
Ллойд осклабился в жуткой улыбке и, не дождавшись окончания счета, с силой ударил второй ногой по дроиду. Одновременно с громким хрустом цилиндрическая голова Ская отлетела в дальний угол мостика. Ударившись о стену, она упала на пол и медленно закатилась за один из пультов управления.
— И ты не мог справиться с этой игрушкой? — Барнс медленно повернулся к Флако. Он с издевкой и наигранным разочарованием покачал головой и пнул в сторону рейнджера вырванные колеса, всё ещё лежавшие под его ботинком.
Флако что-то недовольно проворчал в ответ, но я не слушал. В голове я пытался успокоиться и подавить нахлынувшую ярость. Несмотря на столь жестокое обращение, Скай был в порядке. В отличие от Грона, его можно было «вылечить» всего за несколько минут, разобрав очередную детскую игрушку на запчасти, чтобы заменить сломанные спицы и раздавленные колеса новыми.
— А ты чего замер? — Барнс склонил голову в сторону, чтобы встретиться взглядом с полицейским.
— Подождите! — мой голос, хоть и прозвучал громче, чем я рассчитывал, всё же дрогнул от внутреннего напряжения, повисшего в спертом воздухе рубки. Я сделал медленный, нарочито миролюбивый жест ладонями вперед, стараясь не спровоцировать нервного Флако, чья винтовка все еще угрожающе смотрела мне в грудь. — Прошу, давайте обойдёмся без этого. Мы же не дикари, в конце концов. Уверен, есть какое-то решение, которое могло бы устроить всех.
Я осторожно шагнул вперед, стараясь сократить дистанцию, но при этом оставаться на разумном расстоянии, чтобы не вызвать резкой реакции со стороны вооруженных охотников.
— Взгляните на него, — я кивнул в сторону Грона. Тяжелораненый десантник теперь уже лежал неподвижно, лишь изредка вздрагивая всем телом от боли. — Разве он сейчас представляет хоть какую-то угрозу? Он едва дышит, ему нужна немедленная медицинская помощь. Убивать его сейчас — это бессмысленная жестокость. Он уже не боец.
Затем я медленно обвел взглядом их лица, стараясь установить хоть какой-то зрительный контакт, достучаться до остатков разума в их напряженных глазах. Сид всё ещё выглядел растерянным, но в его взгляде уже промелькнула какая-то настороженность. Флако оставался непроницаемым. Только покосился в сторону Барнса, давая понять, кто из них на самом деле принимает решения.
— Вместо того чтобы тратить драгоценные силы на бессмысленное противостояние друг с другом, может быть, нам стоит обратить внимание на действительно серьезную проблему? — я слегка повернул голову в сторону голографической проекции, висящей над тактическим столом. Трехмерное изображение небольшого корабля Пожирателей мерцало, окутанное рябью помех. — Вот наш настоящий враг. Наш общий враг.
Ллойд Барнс, до этого момента лишь с кривой ухмылкой наблюдавший за мной, наконец-то повернулся ко мне всем корпусом. Его узкие глаза опасно сузились, а на губах заиграла неприятная, хищная улыбка, обнажая острые зубы.
Напильником что ли сточил? Псих!
— Знаешь, умник, ты разглагольствуешь сверх всякой меры. Но в одном ты прав — мы можем покончить со всем очень быстро.
В его голосе появилась холодная сталь. Вся его расслабленная поза мгновенно исчезла, уступая место напряженной готовности к действию.
— Убивать тебя прямо сейчас я не стану, — медленно проговорил Барнс, делая несколько шагов в моем направлении. Его движения были плавными, но в то же время угрожающими, как у хищника, загоняющего добычу в угол. — Мне нужны коды доступа к твоему драгоценному звездолётику. И ты мне их дашь. Поверь мне на слово, существуют вещи куда более мучительные и ужасные, чем смерть. И я с особым удовольствием продемонстрирую тебе некоторые из них если не получу желаемое.
Его взгляд скользнул по мне сверху вниз с отвратительным, почти садистским предвкушением. Я невольно сглотнул вязкую слюну, чувствуя, как внутри нарастает ледяной ужас. Угроза Барнса звучала абсолютно реально, и в его глазах я отчетливо увидел отблеск той самой безумной жестокости, о которой успел прочесть в досье прикреплённом к ордеру на арест. В этот момент я понял, что попал в руки человека, для которого чужая боль — это развлечение.
Барнс остановился в шаге от меня, его дыхание, пропитанное дешевым синтетическим пойлом, обдало лицо. В его глазах плясало зловещее веселье. Он наклонил голову, будто собирался доверить мне тайну.
