Теперь оставалось снарядить поисково-спасательную, или, вернее, мародёрскую команду. План был прост и очевиден. Топливо находилось в абсолютном приоритете. Без него мы были просто мишенью, дрейфующей в космосе. Но и другие припасы были не менее важны: еда, вода — наши собственные запасы подходили к концу. Оружие и боеприпасы тоже не стали бы лишними, учитывая, кто всё время ошивался поблизости.
Нужно было действовать быстро, но осторожно. Уцелевшая часть базы могла таить в себе не только ценные ресурсы, но и новые, непредвиденные опасности.
Но прежде чем рисковать жизнями, отправляя кого-либо на астероид, необходимо было позаботиться о безопасности. «Цера» медленно развернулась, меняя курс. Я собирался задействовать шахтёрские ловчие маяки. Эти небольшие устройства хранились сейчас на складе, затерявшись среди прочего имущества корпоративного груза, который мы приняли на борт на Соунми.
В редкие минуты относительного затишья, когда рутина полёта позволяла немного отвлечься, я из чистого любопытства просматривал транспортную декларацию принятого на борт груза. Тогда содержимое большей части контейнеров вызвало у меня лишь скептическую гримасу — по большей части это оказались дешёвые расходники и материалы, не представляющие, на первый взгляд, особой ценности. Среди прочего значились и эти самые шахтёрские ловчие маяки, которые я машинально отметил как бесполезный хлам, занимающий драгоценное грузовое пространство.
Но теперь всё кардинально изменилось.
Я планировал использовать их как своего рода «сторожевые псы», расставив по периметру вокруг астероида с базой. Из-за плотного облака осколков, оставшихся после разрушения части комплекса, «Цера» не сможет подойти вплотную, ей придётся держаться на безопасном расстоянии. Эти маяки станут нашими глазами и ушами, отслеживая любые приближающиеся корабли Пожирателей. В противном случае, если они появятся внезапно, наша поисковая команда, работающая внутри повреждённой базы, может просто не успеть вернуться на «Церу».
— Фло, дуй в ангар и найди ящик с маркировкой «pz/6.6 Альфа», — продиктовал я ему номер. — Там должно быть около дюжины шахтёрских маяков.
«Цера» продолжала висеть на безопасном расстоянии от искорёженного астероида, превращённого когда-то в базу охотников. Наши внешние сканеры методично, сектор за сектором, ощупывали то, что осталось от убежища. Лучи сенсоров проникали в зияющие провалы разрушенных коридоров, пытались заглянуть в разгерметизированные отсеки, но плотное облако мелких обломков, пыли и льда, окружавшее астероид, сильно мешало.
Картина на тактическом дисплее оставалась удручающе неполной, больше похожей на абстрактную мозаику из случайных сигнатур и помех, чем на полезную карту. Ничего конкретного, что могло бы указать на приоритетные направления для поиска — следы работающих энергосистем, крупные склады или, тем более, хранилища топлива — зафиксировать так и не удалось. Каждый полученный пакет данных лишь подтверждал первоначальную оценку: база разрушена очень сильно, и найти что-либо ценное в этом хаосе будет невероятно трудно.
Время утекало, как песок сквозь пальцы, и мы даже приблизительно не знали, сколько его у нас осталось. Вездесущие Пожиратели, словно стервятники в пустоте, могли в любой момент наткнуться на разбросанные по округе обломки базы, ставшие немыми свидетелями недавней катастрофы. Или ещё хуже: их чувствительные сенсоры вполне могли уловить слабые, отражённые от камней сигналы наших осторожных попыток сканирования.
В таком случае наша укрытая тенью астероидов позиция моментально превратилась бы в смертельную ловушку без шанса выбраться. Патрули Пожирателей прочёсывали сектор с пугающей регулярностью, и каждая лишняя минута, проведённая рядом с разрушенной базой, многократно повышала вероятность фатальной встречи. Мы должны были действовать быстро, решительно, чтобы не привлечь внимания этих хищников.
И, как это часто бывало в последнее время, обстоятельства складывались против нас. Детальной схемы базы у нас, разумеется, не было. Барнс, если и обладал таковой, унёс её с собой в могилу. Мы не имели ни малейшего понятия о внутреннем устройстве этого лабиринта из металла и камня, о расположении ключевых отсеков, о возможных опасностях, поджидающих внутри — будь то нестабильные конструкции, готовые обрушиться в любой момент, или остатки каких-либо автоматизированных защитных систем, всё ещё цепляющихся за жизнь.
Тотальное незнание территории, помноженное на острую нехватку времени, можно было бы хоть как-то компенсировать, отправив на поиски одновременно несколько десятков хорошо оснащённых команд. Они бы прочесали каждый доступный уголок, каждый закоулок. Но нам попросту не из кого было формировать такое количество даже самых минимальных групп-двоек.
