Так было решено; и когда Ти-Рома из патрульной эскадрильи спустился в густые облака Бар-Зи, не получив радиосообщения о масштабах восстания на девятом спутнике, он с удовлетворением отметил, что все, кроме одной Башни Разума, встречали его стандартными приветствиями. Дав сигнал флоту приземляться, он распахнул дверь своего корабля управления, приказав остальным сделать то же самое, не утруждая себя приведением в боевую готовность эжекционных труб. Бар-зийские повстанцы оказались для него совершенной неожиданностью; но даже при этом первая их волна отхлынула под треск поспешно разряжаемого оружия. А вот вторая волна закрепилась на кораблях, а третья, в виду огромного численного превосходства, подавила всякое сопротивление и позаботилась о том, чтобы ни один член экипажа не остался в живых. Когда Просс Мере-Мер и его соратники-лорды прибыли на место, они обнаружили там только послушных, усердно трудящихся рабов, утверждавших, что они ничего не знают ни о восстании, ни о судьбе восьми патрульных кораблей. Одних рабов они в гневе сослали в Эторские края, других пытали, чтобы вынудить их рассказать то, что они знают; но все было напрасно, и в конце концов, установив новую охрану Башен Разума, они вернулись в Нарлон. Но, пролетая сквозь космос к огромной планете Эрн, Фо-Пета и его товарищи по совету повстанцев со смешанным чувством благоговения и тревоги смотрели на мрачную и неприступную поверхность священного мира. Фо-Пета умел управлять космическим кораблем. Из своей командной рубки он руководил полетом не только своего корабля, но и семи других. Мало кто из бар-зинцев когда-либо раньше бывал в космосе. Они со страхом и изумлением смотрели сквозь прозрачный металл. Они видели, как один за другим пролетали мимо них спутники Эрна, да и их собственный спутник, девятый, приближался к ним, следуя по своей орбите.
Здесь, в пространстве между Эрном и его спутниками, клубились металлические пары, слишком разреженные, чтобы поддерживать жизнь; сквозь них далекие планеты и центральное светило, образующие Солнечную систему, светились красноватым и красновато-зеленым светом. Предназначенные для путешествий между девятью спутниками и навигации в пространстве между Эрном и его лунами, космические корабли были оснащены устройствами для сбора наружных металлических паров и сгущения их до плотности, необходимой для поддержания жизни. Многие явления, ожидаемые за орбитами спутников, за пределами радиуса распространения металлических паров, бар-зинцы совершенно не ощущали. Они свободно плавали внутри своих судов и, хотя ощущали увеличение веса из-за растущей скорости, все же были способны передвигаться, хотя и с заметной медлительностью, и для того, чтобы сделать это передвижение вообще возможным, требовалось энергично изгибать их гибкие тибы.
Фо-Пета не стал вести корабли прямо к Эрну. Вместо этого он отклонился от кратчайшего маршрута, избегая плоскости трех концентрических колец на экваторе, где нарлонцы основали колонию и поставили несколько Башен Разума. С такого близкого расстояния кольца казались несущимися по кругу частицами материи, бурлящими, вспенивающимися, но при всем этом достаточно твердыми, чтобы на них можно было совершить посадку. Если правильно сориентировать объективы, то можно было получить фотографические изображения магматических сланцев спиральных структур нарлонцев. В тысячах тинов от них летели корабли Фо-Петы, чьей целью была северная часть Эрна. Поворачиваясь вокруг своей оси каждые десять с четвертью часов, огромная планета способствовала в продвижении космических кораблей на запад, хотя прямой их путь лежал к северному полюсу. Проходили часы, дни. Почти невидимые металлические пары, обнаруживаемые только с помощью экраноскопа, все же создавали определенное сопротивление, и этот фактор определял максимальную скорость, на которой можно безопасно передвигаться. Вблизи Эрна пары сгущались; на фотографических снимках не было видно ничего, кроме коричневатой дымки. Вскоре эта дымка уже окутывала их. Пришлось замедлить работу сгущающих насосов. Находясь на высоте тысячи тинов поверхностью Эрна корабли продвигались на север с относительно небольшой скоростью, пробираясь сквозь металлические пары, такие же плотные, как на самой Бар-Зи. Анализ паров показал, что в них присутствовали один или два элемента, неизвестных на спутниках, но, по-видимому, не представляющих опасности для жизни. Фо-Пета приказал распахнуть паронепроницаемые двери кораблей, и все путешественники наслаждались роскошью поглощения всех металлических паров, которых жаждали их тела, и выпускали их через жабры. Но на высоте в одну милю это поглощение становилось затруднительным и сопровождалось болями в средней части тела, головокружением в желеобразной мозговой оболочке; и хотя через некоторое время, по мере того как путешественники привыкали к этому, недомогание проходило, Фо-Пета не осмелился спускаться ниже. Днем Солнце было не разглядеть, только виднелось неясное пятно в небе, а ночью было не видно лун.