Коснуться мира твоего полностью

– Так, соберитесь, соплежуи! – заорал Рор, но при этом сам не удержался от улыбки. А потом торжественно произнес речь, которую, я уверен, написал еще дома: – Поздравляю с историческим событием! Впервые со времен взрывов, – он делал паузы, чтобы прибавить драматизма, – сто девятнадцать людей и одна крысоедка пересекли Большую Реку! Ура! Предлагаю потом вернуться домой тем же составом!

На это предложение все ответили дружным смехом, а Хани получила от кого-то поздравительный хлопок по плечу. Она тоже смеялась, а когда я наконец-то подошел и обнял, даже обняла в ответ.

Конечно, мы сначала исследовали ближайшую территорию на предмет угроз, и поскольку таковых не обнаружили, решили расположить первый лагерь недалеко от берега. Нам всем нужен был отдых перед завтрашним стартом в неизведанное.

Растительность уже тут частично отличалась от нашей. Рор приказал не употреблять в пищу ничего, что мы видим впервые. Кажется, ему просто нравился тон собственного голоса, поскольку некоторые его распоряжения – такие, как это – не имели никакого смысла. Никто бы и не рискнул, пока нам не грозит голод, остаться на берегу из-за банального поноса. Еще даже палатки не установили, как Чак подстрелил первую животинку, сильно смахивающую на нашего червееда. Он только цветом шерсти и отличался. Коллективно и после недолгих дискуссий дали ему имя «червеед» и начали потрошить. Возможно, где-то очень далеко отсюда – за пустыней или горной грядой – есть переход. Или птеродактили перетаскивают таких мелких животных, а те потом не только сбегают из когтей захватчика, но и расселяются на новом месте. А иначе подозрительное сходство с заречным собратом объяснить невозможно. Сам ландшафт был неровным и представлял собой пологие холмы, что сильно затрудняло обзор. Ну ничего – завтра пойдем и собственными глазами посмотрим на эту часть мира.

У костра мы в тысячный раз слушали легенду об убитом ботинком короле крокодилов, обсуждали общую стратегию поведения в критических ситуациях, смеялись по поводу и без. Хани сидела рядом, подхватив меня под локоть, что могло означать ее сильное волнение или страх. В часовые были избраны те, кто отлынивал от гребли на корабле, предпочитая блевать. Кстати, зараза эта отпустила их почти сразу после перемещения на твердую поверхность.

Засыпая, я не мог не улыбнуться, услышав уже привычное: «Спасибо, Отец, за этот день…». Прижал ее сильнее, радуясь тому, что не поддался собственному страху и не оставил ее в Городе Травы. Может, я об этом еще и пожалею, но… за этот день определенно спасибо, Отец.

С рассветом уже двинулись в путь. Сюрпризы начались после третьего холма. Мы шли, растянувшись в линию так, чтобы видеть друг друга. Оружие держали наготове. Но вместо лютых врагов нас ожидали зеленые заросли выше человеческого роста, которые издалека пахли свежестью.

– Папоротник! – Дая оповестила всех, кто мог ее расслышать. Она была читателем из Города Звезды.

– Съедобный? – деловито поинтересовался Рор.

– Без понятия! – тем же радостным тоном ответствовала она.

– Не жрем! – закрыл Рор вопрос. Такое ощущение, что мы сюда только пожрать и приплыли.

Заросли становились все гуще. Когда отряд идет линией – это значит, что каждый контролирует в первую очередь тех, кто идет по соседству. И хоть мы шли совсем близко друг к другу, на такой территории строй иногда ломался сам с собой. Справа шагал Гук, а слева – конечно, Хани. Я попытался схватить ее за руку, но она не позволила. Просто шагнула чуть ближе, чтоб я свое волнение так явно не демонстрировал. В случае тихой тревоги Рор поднимет руку – и в обе стороны от него каждый повторит этот жест, оповещая всех о сигнале «стоп». В случае громкой тревоги… все и так услышат. Заросли кишели каким-то мелким зверьем с огромными выпученными глазищами. Они с помощью цепких лапок убегали от нас вверх по стволам, демонстрируя этим, что мы их напугали сильнее, чем они нас. Казалось, что этому зеленому лесу нет конца – ни в какую сторону, даже вверх. Земля во многих местах была покрыта мхом от того, что огромные листья препятствовали проникновению сюда солнечного света. Когда растительность начала редеть, уже смеркалось. Все к тому времени были до такой степени измотаны, что как только выйдем на свободное пространство, начнем обустраиваться на ночь.

Заросли кончились перед очередным крутым склоном. Вышедшие тут же восстанавливали линию, продвигались еще вперед и осматривались. Впереди еще холмы, а в низине – маленькая речушка. Совсем недалеко от нас – не больше сотни метров – какие-то неподвижные желтые… Ближайший зашевелился, позволяя хорошо его разглядеть. Зеленых ящериц мне…

– Назад! – Вот примерно так и выглядит громкая тревога.