На третьем — каюты командования. Пустые. Ни тел, ни личных вещей. Только разлетевшиеся обломки мебели и прогоревшие следы на полу. Одну из дверей, судя по снимкам, просто вырвало из петель и выбросило в коридор, как картон.
В зале совещаний — остатки своеобразного пиршества, где прямо на столе лежали обугленные трупы. Кто-то пытался встать, кто-то застывшим лицом смотрел в потолок, который теперь зиял дырою, словно сама кара небес ударила прямо сверху. Всё было немым воплем боли, страха и гибели.
Молчание на мостике было почти осязаемым. Никто не осмеливался комментировать происходящее. Даже те, кто обычно отпускал язвительные фразы, теперь сидели, вытянувшись, с напряжёнными лицами и сжатыми губами. Даже боевой офицер Лавенна, старый ветеран многих сражений, лишь качала головой и молчала. Рядом, в тактической ячейке, оператор визуализации выключила звук совсем. Она не хотела слышать, как скребутся рухнувшие переборки или падают фрагменты тел.
Сама же Анира стояла в самом центре мостика, руки сцеплены за спиной, взгляд неподвижен. Но даже она ощущала, как мурашки бегут по спине, словно ледяной коготь провёл вдоль позвоночника. Это было не просто уничтожение. Это было показательное искоренение, полное и бесповоротное.
………..
Работа по разбору разбитых кораблей шла полным ходом. Два челнока, что вылетели с борта корабля Королевства Эриш, уже несколько циклов назад пристыковались к мёртвым тушам линейного крейсера и его эскорта. С корабля на корабль перекидывались грузы. Панели, стабилизаторы, резервные контуры щитов, бортовые ИИ (те, что уцелели), рабочие узлы энергетики. Всё, что могло пригодиться для ремонта — всё, что ещё не было обращено в пепел. Станции-технодроны сновали по внешнему корпусу крейсера, словно саранча, медленно возвращая жизни скелет боевой машины.
На главном экране мостика отображались тактические карты, списки добытых модулей и ленты видео от инженерных камер. Среди них были и съёмки изнутри разрушенных кораблей Империи работорговцев. Они пугали своей откровенностью.
Каюты офицеров были роскошны — обшитые кожей панели, массивные гравированые столы, даже музыкальные системы, которые кто-то не выключил, и теперь они дико продолжали играть исковерканные звуки над мёртвыми. Но сами каюты уже напоминали расчленённые гроты, разорванные ударами чего-то невообразимого. Кровь на потолках, выбитые двери, раздробленные доспехи. Все тайники вскрывались вручную — автоматические анализаторы отказывались работать, обнаруживая следы антиматерии и каких-то неизвестных полей. Несколько офицеров Империи были буквально сплавлены со своими креслами.
В этих каютах шёл активный сбор данных и технологий. Любая документация, любые коды, любые данные связи. Всё шло на анализ. Девушки-офицеры весьма старательно искали то, что им было нужно. И кое-что находили… Журналы сделок… Координаты баз… Данные об оборотнях в других государствах… Это была не просто зачистка — это было поглощение павшей силы. И это вызывало странное, мутное чувство: наказание — и одновременно пощечину всем, кто надеялся укрыться за статусом или погонами.
А вот каюты обычных членов экипажа были хуже тюрем. Гравитационные нары, решётки, цепи. На стенах — остатки меток, клейм, чипов. Почти все члены экипажа были рабами, превращёнными в винтики. Их смерть была безымянной, бездушной — они просто сгорели, не успев даже понять, что происходит. Никто не стал бы тратить на них усилия. И именно это злило Аниру едва ли не больше всего. На фоне этих картин, девушка-капитан чувствовала, как внутри неё нарастает странное напряжение.
Она снова стояла перед экраном, где по-прежнему виднелся корабль того самого незнакомца — острый, как осколок клинка, сверкающий в холодном свете системы. Силовое поле теперь было включено, оно мерцало, словно хищная чешуя, но капитан помнила: в момент появления этот корабль вышел из гиперпространства абсолютно голым.
Именно тогда кто-то на линейном крейсере работорговцев отдал приказ — залп тяжёлых батарей, и три снаряда должны были разорвать корпус корабля, что входил в эту Звёздную систему, и был беззащитным, практически пополам. Она не сомневалась в их мощи. Она видела, что такие попадания крушат крейсера, ломают пополам фрегаты. Но этот странный корабль не получил ни царапины. Даже датчики не зафиксировали пробитий. А силовое поле появилось лишь после попадания. Это противоречило всей её военной логике. Это был корабль без уязвимостей. И если это так — то ни одна Империя, даже её собственное Королевство Эриш, не сможет противостоять такой технологии. В голове у неё пронеслось:
“Если бы он захотел, он мог бы уничтожить и нас. Как и их. Но он не стал. Значит — у него был выбор. А теперь… теперь он ждёт, что выберу я.”
Именно в этот момент в ней созрело решение. Она отдала несколько кратких приказов, передала командование техническим операциями старшему офицеру на мостике. А затем, вернувшись в капитанскую каюту, лично активировала систему личной связи.
