— Молчать! — Зарычал тяжелым голосом кто-то от дальнего стола. — Вы его сами видели? К какой расе он принадлежит! И не говорите мне, что он какой-то смесок! Он явно чистокровный. И этот парень — не клонированный, не выращенный. У него походка настоящего пилота. Спокойная. И глаза такие… будто он видел что-то, от чего мы бы усрались даже в тяжёлых штурмовых экзокостюмах.
— Он точно не из этого скопления, — хрипло добавил бородатый креат. Его руки, покрытые киберпанцирем, сложились на груди. — Его манера говорить… не как у местных. И он ни разу не представился — просто сказал, что ищет, с кем можно вести торговлю, и обмен информацией.
— Торговлю… — протянул с затаённой жадностью худой т’шаар с вставными радужками, — Информацией из сорок четвёртого сектора? Ты хоть понимаешь, что это может быть?
— Артефакты, — шепнул кто-то. — Ключи. Записи Древних. Если он выжил там и вытащил что-то — это конец. Его убьют до того, как он успеет снять шлем.
— Не если, — тут же отрезал креат. — А когда.
Всё это время в угловом отсеке царила практически гробовая тишина. Здесь снова сидела группа пиратов, которые напряжённо что-то обдумывали. Пятеро. Один в военном снаряжении Империи Аграф — трофей, как и его обрезанный ранг. Двое других — близнецы с серо-зелёной кожей и челюстями, обвитыми ампулами с ускорителями. Они молчали, слушая четвёртого.
— Мы берем даже старые корабли третьего поколения. Тяжёлые фрегаты, патрульники. И каждый раз радуемся, если в реакторе не трещина. — Он мотнул подбородком в сторону иллюминатора, откуда виднелся силуэт “Клинка Пустоты”. — А этот… У него нет эмблем. Нет регистра. Его броня проглатывает сенсорные импульсы. Я даже не уверен, есть ли у него командный мостик в привычном понимании.
— Думаешь, он автономен?
— Думаю, он живой. Или, по крайней мере, умнее всех нас в этом баре.
— Если мы его захватим… — начал один из близнецов, но второй ударил его локтем.
— Если только попытаемся — нас испепелят до того, как мы откроем люк.
— А если по-тихому? — Тут же вмешалась тихим и слегка хрипловатым голосом женская фигура из соседнего угла. — Не нападать. Втереться в доверие. Узнать, что у него есть. Потом продать информацию или передать кому-то… Серьёзному. Даже если не артефакты — если только схема маршрута — мы будем купаться в нейтринных слитках…
За другим столом, буквально по соседству сидели ученые и информаторы.
— Я слышал, что кое-кто из Синклита Аграф пытался создать экспедицию в тот сектор лет тридцать назад, — говорил старый археолог. — Даже флот собрали. Не вернулся ни один корабль. Ни сигнала, ни обломка.
— А ты представь, что кто-то всё же прошёл. Соло. Один. Без прикрытия.
— Значит, у него было что-то, чего не было у остальных. Либо знание, либо технологии. — Ученый устало потёр виски. — И теперь он здесь. Посреди всего этого барахла и шкур.
А в углу бара, у окна, всё это молча слушал Мартен Эш-Варна. Смена уже закончилась, но он не пошёл в привычный бар, а пришёл сюда. Перед ним сейчас стоял наполовину пустой стакан, но он не пил. Руки ещё дрожали. Ведь едва закрывая глаза, он тут же видел взгляд того молодого человека на экране. Спокойный. Холодный. И в нём было что-то… Совершенно чуждое. Мартен буквально на уровне интуиции знал о том, что это был не обычный путешественник. И, может, не человек вообще — во всяком случае, не из тех, кто родился и вырос под светом привычных звёзд. Он сделал глоток.
— Если он действительно был в Кси'Натре… — Прошептал он сам себе. — То мы все уже в дерьме. Потому что никто не возвращается прежним из таких мест. А если он ещё и что-то привёз…
Он не договорил. Где-то в глубине станции, в доках, глухо щёлкнули замки — челнок "Клинка Пустоты" начал стыковку…
………….
Женщина сидела, полуразвалившись в кресле из обшарпанного полимерного пластика. Её фигура была скрыта лёгким боевым плащом цвета гравийной пыли, а капюшон затенял лицо. Только тонкие губы и чёткий овал подбородка выделялись на фоне тусклого освещения. Имя, под которым её знали в этом секторе, — Йаирис Шаль. Бывшая связистка, по слухам — бывшая командор разведки одного из нейтральных союзов, что работал с Империей Аграф, пока та не продала его вместе с картой космоса. Никто не знал, откуда она родом на самом деле, как и того, кто ей платит сейчас. Но её уважали. И боялись. Не потому, что она была сильной. А потому, что выживала всегда. Даже после той бойни на станции Тарва-Эн, где не осталось ни одного свидетеля, кроме неё.
И сейчас она слушала старательно обсуждающих появление нового корабля пиратов, не вмешиваясь, пока один из близнецов не начал вслух фантазировать, как можно будет “по-тихому” устранить незнакомца и завладеть “Клинком Пустоты”. Тогда она заговорила — негромко, но так, что заглохли даже импульсные динамики старого музыкального автомата.
— По-тихому? С таким, как он? Вы идиоты. — Её голос был слегка хрипловат, с едва заметным акцентом Восточного пояса Кас-Танара. — Вы даже не поняли, что он сам дал вам наживку.
— Чего это ты вдруг? — Рыкнул креат. — Боишься за него?
