Но это был пассажирский лайнер, не боевой крейсер. Искушение становилось настолько сильным, что могло стать просто приговором. Лор-Наар медлил. Он прекрасно понимал, что любое подобное действие до прибытия "Клинка Пустоты" может сорвать их план. Но лайнер был слишком лакомой целью.
–На борту этого корабля наше будущее влияние. Кровь старых родов. Вербовка даже трёх процентов даст нам новые ячейки. Их дипломатические удостоверения – золото. Их страха хватит на ритуалы, их плоть – на рабов. Их дети – на обучение, их старики – на реликвии. Их боль – будет нашим знаменем.
Он встал из медитационного круга. У них уже наготове имелось два легких крейсера – "Безмолвный Ветер" и "Осквернённая Обитель". Оба были модифицированными кораблями третьего поколения Республики, захваченными, скрытно переоборудованными, и обильно нашпигованными архаичным, но работоспособным вооружением. Каждый из крейсеров был около пятисот метров длиной, форма – угловатые копьеобразные обломки, закамуфлированные тёмным неотражающим покрытием. Их структура соответствовала стандартам третьего поколения. Силовые щиты двойной конфигурации… Плазменные батареи по бортам – для прицельного огня по щитам и корпусу… Пульсары – шесть орудий средней дальности на каждом корабле, предназначенные для подавления целей и разрезания тонкой брони…
Кроме того, каждый крейсер нёс два штурмовых шаттла, полностью загруженных сектантами в тяжёлых боевых скафах, усиленных вручную в подпольных мастерских. Эти доспехи отличались множеством слоёв композитной брони, встроенными блоками анестетиков и ярко-кровавыми символами культа… Автоматическими пушками, управляемыми через нейроинтерфейсы… Крупнокалиберными автоматическими винтовками и газовыми гранатомётами, заряженными психотропными соединениями, способными нарушить психику даже закалённых бойцов…
– Пусть корабль станет жертвой. Пусть их крики наполнят Тьму. И пусть их исчезновение посеет страх, столь сильный, что "Клинок Пустоты" не заподозрит ловушку. Он – будет следующим. – Лор-Наар всё же отдал приказ. Крейсера отделились от основной группы их маленькой эскадры и ушли в гиперпрыжок, направляясь на перехват "Сияющей Завесы". На борту штурмовых шаттлов глухо гудели накопители, готовые выплеснуть смерть в бархатные коридоры роскоши. Сектанты не говорили. Они не молились. Они ждали, чтобы подарить боль – и забрать плоть.
На внезапно появившиеся из гущи астероидного поля корабли, "Сияющая Завеса" не успела среагировать. Переход крейсеров, которые выполняли роль законщиков, был идеально рассчитан – "Осквернённая Обитель" и "Безмолвный Ветер" возникли по обеим сторонам лайнера почти синхронно, охватывая его в плотные энергетические силки. Щиты лайнера вспыхнули от короткого предупреждающего выстрела – на треть мощности – но уже спустя несколько секунд по внутренним каналам связи заплясали тревожные отчёты о перегреве, гравитационных колебаниях и помехах в управлении маневровыми двигателями.
– “Немедленно сбросьте ход. Иначе мы открываем огонь на поражение. Это ваш единственный и последний выбор.” – холодный, механически изменённый голос одного из капитанов сектантов прозвучал на всех частотах, не оставляя сомнений в серьёзности угрозы. Капитан "Завесы", пожилой меркантильный коруган по имени Фаладас Дей'Ин, был далеко не героем. Он знал цену не только деньгам, но и своей собственной шкуре.
– “Мы гражданское судно! На борту – семьи, дипломаты, исследователи! Мы готовы выплатить компенсацию за проход. Любую разумную сумму…”
В его голосе звучал страх, но и привычка к переговорам. Он уже сталкивался с пиратами, когда был моложе. Он знал, что деньги могут открыть шлюзы быстрее, чем мины. Но на том конце была не стая голодных пиратов. Там был Лор-Наар. Он сидел в полумраке своего флагманского зала на борту "Каменной Печати", где вибрации языка Древних струились из колонн, выгравированных формулами призыва и покорности. Перед ним парила голограмма: "Сияющая Завеса" в разрезе. Пассажиры. Энергетические контуры. Уязвимые отсеки. Точки высадки. Всё уже было рассчитано заранее его приближёнными аналитиками. Голос капитана лайнера звучал в тени под потолком, как комариный писк.
– Компенсация… Какой слабый мотив. Как наивна их вера в торг… – Лор-Наар сделал легкий жест – и один из ближайших служителей-молчальников активировал систему локального контроля, обеспечив перехват всех каналов связи лайнера. Те теперь говорили – впустую. – Они боятся. А страх – это вход. Мы не убьём их. Мы перетечём в их разум, в их сны, в их слова… Завтра один из их детей повторит мои мантры, не зная, что это такое. Через неделю – отец закроет глаза и увидит наш Храм. А через месяц – они будут говорить голосом Тьмы…
Он медленно встал, шагнул вперёд, наклонившись к центральному проекционному узлу. Черты его лица оставались скрыты капюшоном, но глаза светились алым. В них не было гнева – только расчёт.
