Этот корвет был его последней инвестицией. Модифицированный курьер, способный уходить в прыжок в гиперпространство с огромной скоростью. Без комфорта, но с возможностью ухода от практически любого перехвата. Маленький, быстрый, как укол иглы в вену пространства. И сопровождавшая его группа, всего десять разумных, из них трое телохранителей, уже держали оружие наготове. Оурен Литсир вёл их по боковым тоннелям, избегая главных коридоров. Иногда они слышали выстрелы, где-то выше. Отовсюду слышались крики, за которыми наступала тишина – не как конец схватки, а как прекращение сигнала. На входе в ангар всё было… Странно спокойно. И именно „Клинок Пустоты“ теперь даже для него был не просто кораблём. Это был полноценный приговор. И самое ужасное, что это было сделано без выстрела. Коридоры научной станции, ранее стерильно-холодные и освещённые ровным голубоватым светом, теперь представляли собой лабиринт страха и беспомощного отчаяния. Освещение мерцало, от переборки к переборке вспыхивали тревожные лампы, а системы безопасности, некогда призванные защищать, словно сошли с ума.
– Проклятье! Быстрее! Открывай следующую переборку! – С надрывом кричал профессор Литсир, хватаясь за панель шлюза.
Один из охранников – высокий креат с двумя пробитыми руками, из которых сочилась густая синяя кровь, – оттолкнул профессора в сторону и встал перед турелью, скрытой в потолке. Та активировалась мгновенно – и даже успела выстрелить. Хотя и его боец успел выстрелить первым, жертвуя собой, но давая шанс остальным пройти. Его тело с глухим звуком повалилось на пол, дымясь в области груди.
– Дверь! Дверь, чтоб тебя! – заорал пилот, возясь с последним механическим замком. Электронный уже не реагировал – вся сеть находилась под контролем чужого ИИ. Всё приходилось делать вручную – словно они оказались на станции столетней давности, не в самой современной исследовательской базе.
Система обороны больше не различала своих и чужих. Она стреляла по движущимся целям. Открывала и закрывала отсеки в случайном порядке. В одном из таких капканов погиб ещё один телохранитель – зажатый массивной дверью, когда пытался прикрыть отступление.
К концу пути в их группе остались лишь пятеро: два телохранителя, сам старый профессор, его преданный пилот Тенр, и одна из его помощниц, дрожащая молодая таурианка по имени Яс. Они вбежали в ангар в тот момент, когда последняя оборонительная турель уже разворачивалась, чтобы прицелиться. Но её ствол вдруг заклинило, как будто даже она запуталась в приоритетах – и этого короткого замешательства хватило.
Два телохранителя бросились вперёд, прикрывая остатки группы. Один упал сразу, второй – добежал до пульта ручного открытия створок, вбил код… И успел лишь оглянуться и кивнуть, прежде чем исчезнуть в вспышке плазмы, пробившей его защиту с потолка. Створки ангара начали раскрываться – громоздкие, механические, ревущие, словно сам металл протестовал. Профессор, тяжело дыша, буквально вполз в шлюзовую корвета.
– ВЗЛЕТ! СЕЙЧАС ЖЕ! ОТРЕЗАЙ ВСЁ, ЧТО МОЖНО ОТРЕЗАТЬ! – выкрикнул он, хватаясь за кресло пилота. – Если реактор взорвётся, нас размажет! А если не взорвётся – нас сожрут!
– Пытаюсь, профессор! Вручную всё, как в древних хронологиях! – скривившись, отозвался Тенр, бросая свой интерфейс к управлению. – Системы не дают полный допуск, но я пробьюсь!
Огромные створки, уже открывавшие выход в безмолвие космоса, подсвечивались дежурными маяками. И через несколько мгновений корабль оторвался от поверхности станции. Плазменный след выхлопа его двигателей отбросил вниз несколько мелких дронов, безучастно висящих в пространстве. И когда станция осталась позади, профессор впервые взглянул на неё как на мёртвое тело. Не разрушенное – но уже не принадлежавшее ему. Присвоенное врагом. Изнутри. Оурен Литсир не знал, кто именно стоял за этим.
Плазменные сопла двигателей полыхнули. Корвет вздрогнул, набирая максимальное ускорение. Секунда – и он скользнул прочь. Станция осталась позади, будто заражённая плоть, дышащая в хаосе подавленной системы. И только теперь профессор позволил себе закричать.
– ЭТИ УБЛЮДКИ! – Он ударил по консоли – ОНИ ОПОЗОРИЛИ МЕНЯ! СОРВАЛИ ВСЁ! ВСЁ! МОИ УСИЛИЯ! ГОДЫ, МОЕЙ ЖИЗНИ! МОИ СЧЁТА! МОИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА!
И сейчас он нервно дрожал всем телом. Его лицо уже обильно покрывал пот, а глаза налились кровью.
– Но я вернусь. Я отыщу того, кто за этим стоит. И заставлю его понять, что значит загонять учёного в угол.
Он уселся в кресло и схватился за подлокотники.
– Мы уходим в тень. Без прыжка, без сигналов. Найди ближайшее скопление мусора или спутниковую зону. Там спрячемся.
– И дальше? – Осторожно спросил Тенр, не отрываясь от процесса управления судном.
– А дальше… – Оурен Литсир резко сжал кулаки, задумчиво и яростно глядя в пустоту. – Мы начинаем охоту. У меня есть все средства, чтобы выследить даже самую осторожную добычу. Я отомщу. Пусть даже уйдут в саму Пустоту.
