Это была невысокая полная девушка, хотя, скорее всего такое впечатление создавали широкие пухлые плечи и короткая шея. Круглое бледное лицо с крупными чертами обрамляли негустые прямые светлые волосы, немного не доходящие до плеч. Больше всего её портили круги под глазами, но когда он присмотрелся, то понял, что это не круги, а фингалы – один почти рассосавшийся, а другой – свежий и темный.
На ней была мятно-зеленая спортивная кофта с капюшоном, бесформенная юбка и серые легинсы. Странно, но по лесу девушка гуляла без обуви, в одних носках.
– Почему ты босиком? – как бы невзначай поинтересовался Джерри.
Его глаза уже настолько привыкли к темноте, что он заметил, как нечто наподобие судороги скривило её лицо.
– А не хочешь спросить, почему я здесь?
– Тоже интересно, – пожал плечами он.
Лотта выдернула изо рта сигарету, обернулась к нему, оперлась рукой на бревно и подалась вперед так, что её лицо оказалось в паре сантиметров от кончика его носа и четко выговорила, буравя его черными во мраке глазами:
– По той же причине, что и ты.
Он сходит с ума, это факт.
– Тебя тоже жена хочет убить?
– Ты дурак?
– Нет, я псих, но я буду стараться!
Она поглядела на него печально:
– У тебя и впрямь психоз, – её манера говорить и внешний вид не вязались с медицинскими формулировками. – Ты пытаешься себя развеселить или кого?
– Да, прости. У меня действительно глупые шутки. Так что случилось?
– Мой парень проиграл меня в карты.
– Что, правда? – вопрос прозвучал глупо, но надо же было как-то отреагировать. А как реагировать на такие заявления, Джерри не знал.
– Сегодня к нему пришли какие-то парни – я их раньше не видела, – и они сели играть. Азиз дверь запер. Ну, я сижу в комнате, тут заходит один из тех, смотрит на телек и говорит: «не, старый». Берет молоток и по экрану… А Азиз ничего, только велел, чтобы я осколки убрала. И они пошли играть дальше… Наверное, он проиграл все деньги. А, может, наоборот – сначала меня… Они прежде громко орали, а тут понизили голоса. Я подошла и слышу – они спорят, кому я первому достанусь.
Она затряслась и даже застучала зубами.
– …я не стала дослушивать, вылезла в окно – мы на третьем этаже, спрыгнула на балкон соседей снизу, оттуда на землю и бежать… Даже ничего не взяла, ни денег, ни… – она посмотрела на свои ноги, – Азиз прячет мою обувь. Отдает, только когда мне нужно на работу идти.
– Ни фига себе порядки! А кто он такой вообще, чем занимается?
– Ничем… В спортзал ходит. Если он меня найдет, то мало не покажется. Мне вечером нельзя выходить одной.
– Кто это сказал?
– Азиз. Но в этом он, пожалуй, прав. А если меня найдут эти его приятели…
Она замолчала и подняла взгляд на Джерри. Теперь он хорошо видел её круглые глаза и огромные зрачки.
– Может быть, он отыгрался. Или проиграл что-нибудь другое! Или, может, они посидят, постепенно напьются и забудут про меня? Как ты думаешь, может так быть?
– Я думаю, нет.
Она обмякла, в секунду сдулась, как шарик.
– Почему?
– Потому что, если я буду тебе поддакивать, ты побежишь домой, и случится беда. Из того, что ты мне за две минуты рассказала, я понял, что она обязательно случится.
– И что мне остается – жить в парке? Если б тебе такое предложили?
– Ох, я бы с радостью! Давно хотел побыть наедине с собой. Ну или с новым человеком, – поспешил поправиться Джерри. – Но для этого пришлось ночью уйти в лес! Хотя, – он почесал наметившуюся на подбородке щетину, – я бы и здесь не расслаблялся.
– Из-за жены?! – поинтересовалась Лотта
– Угу. Она за мной следит, – Джерри сунул в зубы последнюю сигарету и торопливо прикурил.
Лотта недоверчиво хмыкнула:
– Вот прям до такой степени?
– Да по ней контрразведка плачет! – и, поскольку Лотта выжидательно затихла, неожиданно для самого себя продолжил: – Когда я вечером выхожу из офиса, почти всегда вижу её либо в книжном магазине, либо в кафе напротив. И она всегда сначала смотрит на меня, а потом опускает глаза в книгу или в стол. Она сначала шпионила просто так, а теперь напяливает парик. Если следит из кафе – то черный, а если из магазина – кудрявый рыжий.
– А у тебя хорошее зрение? – уточнила Лотта. – Или ты линзы носишь?
– Нет, плохое. И линзы не ношу, не люблю. Ты про то, что я обознался? Так ведь она там маячит каждый день!
– Послушай… – Лотта перешла на вкрадчивый тон, и ему это не понравилось.– Что, если это просто две разные женщины – одна каждый день заходит по дороге в магазин, а другая ест в одном и том же кафе?
– Нет. У неё кроме париков еще и одежда специальная для слежки есть. Так вот один раз она перепутала – и женщина в кафе была в пальто той рыжей, что отсвечивает в магазине.
– Тоже может быть совпадение, – пожала своими широкими круглыми плечами Лотта.
– Черта с два!Если я не поворачиваю сразу в сторону дома, она немедленно мне звонит!
Иногда Джерри ловил себя на том, что запросто выкладывает этой девахе все то, что еще недавно было противно даже прокручивать в мыслях. Ладно, какая, к черту, разница! Все равно он завтра уедет отсюда и возвращаться не собирается.
