– Во время Состязания мы охотимся только на горгантавнов, – говорит Мадлен. – Но думайте о карьере наперед. Некоторые охотники специализируются на островных тварях. Контракты на них, бывает, предлагают очень заманчивые.
Наконец мы подходим к зверю, при виде которого я застываю на месте. У него длинное кошачье тело и четыре лапы, острые зубы и жесткая металлическая шкура. Провлон. Остальные следуют дальше, а Мадлен замечает, что я задержался, глядя на этого хищника.
– Уже видал такого, верно? – шепотом спрашивает она у меня из-за спины. – Живьем.
– Да.
– Тебе повезло, что твое сердце все еще бьется.
Я не отвечаю.
После обеда Мадлен ведет нас в Оружейную, где показывает турели, пушки и прочее. Отводит даже в павильон, заполненный гарпунами всех форм и размеров: они сделаны из закаленной стали горгантавна и напоминают гигантские копья. Лишь у немногих имеется кольцо на конце для веревки или цепи.
– Я бы на вашем месте, – предостерегает Мадлен, – дважды думала, цеплять ли к гарпуну цепь.
– Почему? – спрашивает Гарольд.
– А ты представь. что выстрел не убил горгантавна и теперь ты не можешь от него убежать.
Он закрывает рот.
– Итак, – продолжает Мадлен, выводя нас в темный коридор, – есть три вида оружия, из которого можно стрелять с плеча. Кто назовет их?
Родерик тут же выпаливает:
– Наплечная пушка, ручной гарпуномет и зенитка.
– Хорошо, Родерик, да. Ручные гарпунометы важны, потому что, в отличие от турели, которая привинчена к палубе, они переносные.
Вставив ключ в замочную скважину, она открывает дверь в затененный арсенал. На стенах висит всевозможное оружие, сплошь длинноствольные гарпунометы с плечевыми упорами.
– Сегодня у нас стрельба по мишеням, – говорит она.
Слышатся возбужденные разговоры.
Мадлен велит взять несколько гарпунометов и пушек. Кряхтя и кривясь от натуги, Гарольд подхватывает одну зенитку и укладывает ее на парящую тележку, на которую и мы сгружаем свое оружие с боеприпасами.
Затем Мадлен выводит нас на грунтовую площадку, заставленную мишенями. Полигон тянется на сотни метров.
– Наплечная зенитка, – говорит она, поглаживая пушку, которую взгромоздила на себя, – выстреливает капсулой, взрывающейся при попадании. Смотрите.
Наставница наводит оружие на мишень, глядя в перекрестье прицела, жмет на спуск, и из ствола вылетает капсула. Снаряд, вращаясь, летит в мишень и от удара взрывается облаком золотистого пламени.
Себастьян аплодирует.
После того как каждый из нас сделал по выстрелу, разнеся несколько мишеней, переходим к практике с ручным гарпунометом. Это тяжелое устройство выпускает снаряд на тридцать метров. Просто так Мадлен выстрелить из него не дает, заставляет все делать на бегу, как будто на нас напал горгантавн.
Мой гарпун вообще улетает в сторону джунглей, Саманта попадает в землю, а Родерик… Его гарпун, словно дротик, вонзается в мишень с расстояния в сто двадцать метров.
Мы все смотрим на него, раскрыв рты.
– Повезло, – отмахивается Мадлен.
Родерик поджимает губы.
Наставница достает из короба с боеприпасами еще гарпун и, зарядив его в ствол, говорит Родерику:
– Повтори.
Родерик с решительным видом принимается носиться по полигону, крутясь, изворачиваясь и одновременно целясь. Жмет на спуск. Гарпун устремляется вдаль через все поле. Проносится мимо мишени, расположенной в двадцати метрах от нас, и втыкается в землю.
Мы разочарованно стонем.
– Старайтесь или умрите, – говорит Мадлен.
В следующий миг нас отправляют отжиматься от земли. Меся грязь ладонями, я замечаю, как наставница опускается на корточки возле Родерика и шепчет:
– Смотрю, ты унаследовал таланты отца. – Она указывает в сторону мишени. – Горгантавн куда крупнее этого. Ты бы попал.
Тем же вечером после ужина Мадлен выводит нас на крышу, где показывает последнюю на сегодня переносную пушку. Стоя под звездами, на порывистом ветру, она поднимает ствол зенитки, жмет на спуск, и в воздух устремляется небольшая капсула. Снаряд взрывается, внезапно наполняя небо искрами. Похоже на фейерверк.
– Зенитка, – говорит она, – обжигает горгантавнам глаза. Порой лишь выстрел из нее решает, откусит змей корму вашего судна или умчится прочь. Это оружие больше для обороны.
– Для нас оно опасное? – спрашивает Гарольд.
– О, плоть с костей только так снимает.
Он громко сглатывает.
Остаток недели мы упражняемся на полигоне. С меткостью у меня стало получше, и я регулярно попадаю в цель. Даже Гарольд как-то умудряется поразить мишень с расстояния в сто двадцать метров, но остальные выпущенные им снаряды втыкаются в землю.
Однако всех уделывает Родерик. В какой-то момент он семь раз подряд попадает в цель. Попал бы и в восьмой, но гарпун проходит совсем рядом с мишенью в двухстах пятидесяти метрах от нас.
Мы все удрученно стонем.
После этого промаха Мадлен снова заставляет отжиматься. Следит за нами, скрестив на груди руки. Только вряд ли она это со зла. Просто знает, что скоро мы можем отправиться навстречу смерти. Вот и хочет дать нам шанс выжить. Хочет превратить нас в самых свирепых людей Скайленда.
Нам придется такими стать, учитывая то, что таится среди облаков.
