А главное впечатление – ощущение ужаса! От того, что ты видишь, как в мирный город врывается война. Русские убивают русских (и «сепары», и «укропы» говорят на одном языке).
Потрясло совмещение несовместимого: туда, где только что текла обычная жизнь, прилетают мины – разрывы, смерть и ранения стариков, женщин и детей сняты жутко натуралистично, – а потом приезжает обычная машина скорой помощи. На страшную войну, которая идёт рядом, – обычная скорая.
В центре – судьбы двух бывших сослуживцев, ветеранов-афганцев. Один с женой и сыном пытается выехать из опасной зоны Донбасса в Россию, другой в Киеве записывается в батальон типа «Азова», куда принимали и бывших военных, и националистов, и уголовников, и неонацистов. Оба ненавидят войну, потому что знают, что это такое. Но майдан затягивает их в свой кровавый комплот, и каждого ждёт страшное испытание. Играют эти трагические роли Александр Бухаров и Максим Дахненко. Стоит отметить также участие в фильме выдающегося артиста Владимира Ильина, сыгравшего старика-учителя, который пошёл в ополченцы после того, как была уничтожена школа с его учениками, а также Алексея Кравченко, сыгравшего командира луганских ополченцев.
Когда показывается страшная сцена последнего, повторяю, исключительно правдиво снятого, обстрела, когда слышишь, как искалеченный мальчик растерянно спрашивает: «Где моя рука?» – становится физически невмоготу. Ты, как в детстве, оглядываешься: ну где же наши, где Красная армия?.. Когда кажется, что уже совсем каюк, она приходит, спасает и вскоре… уходит. Непонятно, почему уходит? Как можно было допустить до бомбёжек мирных городов? Почему за это никто не ответил?
Фильм совсем не пропагандистский, хотя занозу неутолённого отмщения тем, кто отдавал приказы и осуществлял обстрелы, он засаживает глубоко. А главный итог: гнетущее ощущение тревоги. Ожидание чего-то ещё более ужасного, неотвратимого.
В дни и часы, когда Отечество в опасности, необходима оперативная информация о ходе боевых действий и такая её подача, чтобы у жителей России крепла уверенность, что наше дело правое и победа будет за нами. В связи с этим все информационно-политические передачи на главных каналах значительно расширились и заполнили большую часть эфира.
Эксперты говорят, что, когда идёт схватка цивилизаций, нельзя давать шанса панике и апатии. На Донбасс напала не только Украина, которую за восемь лет превратили в нацистский плацдарм для атаки на Россию, а вся глобальная Антироссия. Поэтому необходима мобилизация народа на решение возникающих проблем в связи с санкциями. Для этого ждём появления теле- и радиопередач, посвящённых хозяйственной жизни, где зритель мог бы найти ответы на насущные вопросы и рекомендации, как выбраться из той драматической экономической ситуации, в которую попали многие.
Развлекательный эфир, значительно уменьшившийся, безусловно, должен существовать, но существенно перестроиться. Мы много лет обвиняли российский «зомбоящик» в поклонении чужим богам, во главе которых несокрушимо высился Рейтинг. Мы упрекали телеканалы в том, что они, конкурируя друг с другом, в борьбе за рекламные деньги работали не на страну, а на себя. Мы обвиняли их в том, что бесконечно копировались иностранные развлекательные форматы, а с ними навязывались чуждые культурные стандарты. Никто из российских продюсеров голландского шоу «Голос» не дал вразумительного ответа на вопрос: «Почему в вокальном телеконкурсе на российском ТВ львиная доля песен поётся на английском языке? Почему такое пренебрежение к песням народов нашей многонациональной страны?»
Мы много лет писали, что в сериальной политике доминирует тренд охаивания прошлого России (особенно её советского периода). Жизнь и до революции, и после показывалась как нечто ужасное, мерзкое, достойное гнева и презрения. Назову только три примера наглой клеветы и издевательства над историей. В сериале «Вербное воскресенье» (2009) внук члена Политбюро насилует восходящую звезду русского балета, солистку Большого театра, а потом по приказу деда несчастную балерину бросают в тюрьму, чтобы она никому не пожаловалась, и там её доводят до смерти. В сериале «Декабристка» (2018) в советском лагере за попытку побега в течение нескольких серий по приказу садиста-начальника живьём варили в котле и сварили-таки японского военнопленного. И, наконец, недавний «Пищеблок» (2021) про то, как в 1980 году старый большевик-вампир и его подручные сосут кровь из пионеров в детском спортивном лагере.