Эш выглядел настолько разбитым, что у Слоана защемило в груди. Он был одним из немногих, кто знал об Арло. Это была настолько глубокая рана в душе Эша, что он отказывался говорить об этом даже со Слоаном. Броуди не знал, что именно случилось с братом-близнецом Эша — лишь то, что он был убит во время беспорядков в конце восьмидесятых.
— Я не понимаю, — тихо сказал Слоан.
— Я виноват в его смерти, Слоан. Это из-за меня он погиб. Если бы я сделал то, о чем попросили мои родители… Если бы я больше заботился о нем, а не о том, чего хочет мой член, он был бы жив. Я бросил его ради красавчика с упругой задницей, с которым целовался за школьными трибунами. Мы с Арло должны были вместе идти домой, потому что на улицах было слишком опасно. Я должен был защищать его, — по щеке Эша скатилась слеза, и он быстро смахнул ее. — Но вместо этого я отправил Арло домой одного, потому что думал лишь о том, чтобы засунуть язык в рот Дэви Миллера и чтобы моя рука поскорее оказалась у него в штанах. Я был просто глупым ребенком, пытающимся разобраться в себе. Когда я вернулся домой, там уже была полиция. Арло так и не вернулся. По дороге домой его до полусмерти избили какие-то людишки. Когда мои родители узнали, что я наделал… — Эш покачал головой, и его губы задрожали. Он попытался взять себя в руки, но было уже слишком поздно. — Они сказали, что Арло погиб из-за меня. Потому что я был… мерзким выродком. И что самое ужасное, в тот вечер я впервые обратился. Прямо в день смерти Арло. Для них это было уже слишком. Они вызвали «Службу по отлову животных». Я был заперт в собачьей клетке, и мне чертовски хотелось, чтобы меня усыпили как бродячего пса. Но вместо этого появился Шульцон и забрал меня. Остальное ты знаешь.
— Господи, Эш…
Слоан все еще пытался осмыслить услышанное, когда Эш тихо продолжил.
— Знаешь, почему я не боялся, когда меня забирали на тесты?
Слоан почувствовал, как у него сдавило горло, и ему безумно хотелось унять боль друга:
— Почему?
— Потому что я всем своим существом верил, что заслужил эту боль за то, что сделал с Арло. Я убедил себя, что случай с Дэви Миллером был всего лишь детской глупостью. Что я не гей. А потом я встретил Кейла. И моей первой мыслью было: «Мне конец». Потому что я никогда прежде не встречал того, кто заставил бы меня растаять от одной лишь улыбки. Я так старался держать его на расстоянии, но не смог.
— И что? Ты собираешься наказывать себя всю оставшуюся жизнь? — Слоан не мог поверить своим ушам. — Я понимаю, что случившееся было ужасной трагедией, Эш, но ты должен простить себя и двигаться дальше. Неужели ты думаешь, что Арло хотел бы, чтобы ты так жил?
— Я никогда не узнаю, чего бы хотел Арло, потому что он, блять, мертв, Слоан! И это полностью моя вина! Он был не просто моим братом, он был моим близнецом. Когда он умер, он забрал с собой часть меня. Внутри осталась лишь пустота, которую никогда не заполнить. Все эти годы я чувствовал вину за то, что остался жив. И это по-прежнему сводит меня с ума.
— Выходит, раз уж ты якобы не заслуживаешь счастья, то из-за этого не можешь быть с Кейлом?
Слоан чувствовал, что начинает злиться. Он знал, каково это — потерять любимого человека. Даже если он не мог утверждать, что понимает, каково это — потерять близнеца, ему было знакомо чувство вины. Он не знал, сможет ли когда-нибудь простить себя за смерть матери, но думать, что он из-за этого не заслужил счастья? Или, что еще хуже, наказывать себя всю жизнь?
— Эш…
— Я не могу быть с Кейлом, потому что не могу простить себя за то, что случилось с Арло, и не позволю этому разрушить любое возможное будущее, которое может быть у нас с Кейлом. Сначала я должен разобраться со всем дерьмом, связанным с «объектом», с тем, что я жалкий ублюдок, потому что с Кейлом… Ничто уже не будет прежним. Но он заслуживает счастья, Слоан, и прямо сейчас я не могу дать ему этого. Я люблю тебя как брата, но позволь мне разобраться самому. И держи свое мнение при себе. Кейл сейчас обижен и зол. Но, в конце концов, он успокоится. Когда я буду готов, то поговорю с ним об этом. Я так решил. Теперь ты хочешь услышать о «Коалиции» или как?
Слоан выругался себе под нос. Иногда ему хотелось придушить своего друга. Он никогда не встречал никого более упрямого.
— Прекрасно, — процедил он сквозь зубы. Слоан подошел к своему рюкзаку на диване и вытащил планшет. Пара нажатий, и он вошел в систему «Фемиды». — Начинай.