— Это и не я. Мне незачем трогать твою сестру, Велиам, — как и пообещал ответил проклятый энит после объяснения. Энита устало потерла кулаки, явно нервничая.
— Не знаешь, кто бы это мог быть? — поинтересовалась она спустя несколько секунд молчания.
Вновь наступила тишина. Энит подпер подбородок, размышляя над заданным вопросом. Его взгляд был направлен в сторону.
— Арман несколько дней назад отбыл в Драгом. Не утверждаю, что это он.
«Арман Торндрек!? Проклятый энит земли». — Ванор окинул взглядом их осведомителя.
От волнения и напряженной обстановки бок предательски заныл, из-за чего Ванору пришлось накрыть рану рукой, пытаясь унять боль. Внешне он старался не выдавать себя.
— Но вполне может. Они вместе обучались у Гранта. Что если он решил забрать Велайю? — вслух размышляла Велиам, уперев руки в стол.
— Но зачем? — Искар скептически приподнял бровь, смотря на эниту.
— Это ты мне скажи. Ты крутишься рядом с ним.
Губы энита растянулись в усмешке. Он расслабленно откинулся на спинку стула, сложив руки на груди.
— Что задумал Арман, знает только он сам. Он давно перестал мне доверять.
— Тогда смысл от того, что ты во дворце штаны просиживаешь!? — не выдержав, вспылила Велиам.
— Полегче с обвинениями. И в этом есть смысл.
— В защите соплячки короля!? — Велиам резко поднялась со своего места, уперевшись руками в стол. Она испытывающе уставилась ему в глаза, но Искар спокойно принял тяжелый взгляд, отвечая ей таким же, полным холода и стали. Ванор кашлянул и решил все же подать голос, дабы развеять напряженную обстановку.
— Велиам, если это не он и он ничего не знает, то думаю, мы можем идти. — Ему было некомфортно здесь находиться, особенно в присутствие этого опасного человека. Поговаривали, что он мог сжечь кого-либо одним лишь взглядом, поэтому хотелось поскорее отсюда уйти.
Энита еще несколько секунд смотрела на Искара, но все же села обратно за стол.
— Ты прав.
Искар усмехнулся, бросив пристальный взгляд на принца. После он обернулся на дверь в углу.
— Анжела! — громко позвал кого-то он. Через несколько секунд из двери вышла девушка с темно-русыми волосами с легкой сединой. Служанка. Девушка спешно подошла к столу и встала рядом с Искаром, поклонилась гостям. Энит что-то сказал ей на ухо, а после она тут же ушла.
— Вам нет смысла уходить сейчас. Вы, должно быть, устали с дороги. Оставайтесь на ночь, комнаты найдутся.
Велиам хотела было возразить, но Искар вдруг кивнул в сторону Ванора.
— И додумалась же его притащить. Особенно в таком состоянии, — недовольно проговорил Искар. — Что произошло? — Велиам бросила взгляд на Ванора. Выглядел он и правда не важно. Лицо побледнело, дыхание сбилось.
— Стрелу словил. Сказала же, что не было выбора. — Велиам коснулась плеча Ванора. — Ты в порядке?
— Живой, — отмахнулся Ванор. Его взгляд встретился с глазами Искара.
— Анжела сменит тебе повязку.
Принц благодарно, но все же недоверчиво кивнул, поднимаясь из-за стола. Искар снова одарил недовольным взглядом Велиам, но та вдруг слабо улыбнулась.
— Ты ведь рад его видеть.
На губах проклятого энита появилась легкая усмешка, он окинул взглядом Ванора и кивнул ему в сторону двери в углу, говоря этим, чтобы он шел туда. Принц насторожено посмотрел на двух энитов, не понимая их взгляды друг на друга и на него самого. Их явно объединяло нечто большее, чем просто то, что Искар оказался осведомителем Велиам. Они ведь первые ноиты. Наверняка, они много общались раньше. Но сейчас он чувствовал себя неважно, поэтому решил, что расспросит Велиам обо всем потом. После отдыха.
Входная дверь вдруг с грохотом отворилась. В помещение вбежал запыхавшийся ноит в черных кожаных доспехах.
— Господин Кальдес, мы задержали кое-кого.
Искар бросил хмурый взгляд на ноита.
— Веди сюда.
— Но это…
Когда Искар скрылся через небольшие ворота для поставки припасов в училище, принцесса тут же ринулась в конюшню. На удивление здесь совсем никого не было. Ни конюха, ни стражи. В воздухе висела напрягающая тишина и витал запах сена. Эления поспешила и принялась седлать белую лошадь, на которой она много раз тренировалась в езде во время учебы в училище. Её цвет должен был сливаться со снегом. Руки плохо слушались от волнения, поэтому ремни все никак не хотели затягиваться, тратя драгоценное время. Она успела несколько раз проклясть все вокруг и отругать себя за медлительности. Когда с седловкой было наконец покончено, Эления забралась на лошадь и двинулась к воротам, у которых до сих пор не стояло ни одного стражника.
