Снаружи они тоже провели не много времени. Сначала – золотая роща, полупрозрачная, вся будто из кружева (где она уже видела настоящие кружева, из плетеных нитей, Ица так и не вспомнила), а потом ручей с чистой, очень холодной водой, от которой сразу заболели зубы; прогалины, заросшие кустарником с синими, остро пахнущими цветами (Сеть подсказала, что они называются цинниями); краешек морского побережья, изрезанного скалами, – вот и все, что она увидела. Еще она слышала крики веретяных чаек (их название ей тоже вывела Сеть) и едва не наступила на гнездо, запрятанное в камнях. Рей тогда очень рассердился: «Осторожно! А то сейчас слетятся… Нельзя нам привлекать внимание».
Рей очень спешил и ничего не объяснял. Он просто бросил ее в этих пещерах, затолкал поглубже, спросив по-быстрому, не чувствует ли она себя странно. Она чувствовала, но он имел в виду что-то совсем другое. «Пить не хочешь? Голова не болит? В глазах не двоится? Ну-ка, сколько пальцев?»
Он вроде бы и заботился о ней, и вместе с тем был не рядом. Поминутно глядел куда-то поверх деревьев, в даль, о которой рассказывать пока не собирался. В Сети тоже информации не нашлось – карты сбоили, и Ица решила, что над островом просто раскинут шифрующий экран.
Она спросила у Рея, зачем прятать остров от чужих глаз, но он только хмыкнул: «Отец же магнум».
Ица хотела поспрашивать еще, но он ушел. Тогда она попросила помощи у Сети, и та сразу подсказала:
Это объяснение удовлетворило Ицу: если отец Рея входит в некий магистрат, который способен масштабно влиять на все сферы жизни, значит, ему и правда доступны многие привилегии. Поэтому остров укрывает шифрующий экран – и поэтому же, вероятно, здесь так легко добраться до корней священного Древа: магнум и его семья просто не способны совершить ничего, что карается бессрочным заключением в месте, которое Сеть назвала «Бастионом». Но Ица ведь не может оставаться под землей, в лабиринте ходов под корнями Древа, вечно.
Рея все не было, и она теряла терпение. Сколько ей ждать? Час? Неделю? Или, может, месяц или даже целый оборот? Рей не сказал, когда вернется. Он был взволнован и напряжен – отчего?..
На выходе из пещер воздух изменился – уплотнился, наполнился запахом соли и свободы. Интересно, знал ли отец Рея об этих лабиринтах? Ица не выдержала, снова спросила у Сети, и та ответила:
Так вот почему в пещеры свободный проход. Отец Рея, вероятно, спускается сюда каждый день, но не раньше рассвета. Рей спрятал Ицу там, куда никто бы не заглянул до следующего дня.
Ноги несли Ицу по скалам вниз, к Бескрайнему морю – так его назвал Рей. Светило уже заходило, готовясь окунуться в воду, а поверхность стояла замершая, кисельная и четко, как отполированная сталь, отражала сиреневатое небо. С верхушки скалы хорошо было видно, что справа воду будто отрезало вместе с сушей – ровно, как кусок масла ножом.
Так вот почему оно Бескрайнее. У него просто нет одного края… Но как же оно держится? Ведь по логике вещей вода должна просто вытечь в Бездну… Или атмосфера острова ее как-то удерживает? Но в Бездне тоже должна быть атмосфера – Сеть говорила, что всю Бездну заполняет пригодный для дыхания воздух. Вероятно, она немного другая?..
Водная толща переливалась сине-зеленым драгоценным камнем: сверху светлая, пронизанная последними лучами светила, а сбоку, у среза, куда солнце не заглядывало, – почти черная. Толком рассмотреть край острова Ице никак не удавалось. Она привставала на цыпочки, но обзор со скалы был ограничен.
Над головой протяжно закричала веретяная чайка, где-то вдали отозвались ее подруги. Ица смотрела, как птица замирает в воздухе, распластав крылья, и медленно планирует, косо забирая вбок. Ица тоже может летать, нужно только разбудить одну из черепах. Правда, все они защищены охранной системой, получится ли ее взломать?
Она наклонила голову, вызывая сосканированные образы электронных систем челноков, и наскоро просчитала возможные уязвимости. Она не поняла, откуда у нее эта способность. Получалось интуитивно, только в голове что-то отзывалось там же, куда приходили ответы из Сети. Охранную систему она взломает, ничего сложного. Этот участок у нее в голове соображает хорошо.
