В холле я чуть не сбиваю с ног прачку, скоро извиняюсь и лечу к лестнице на второй этаж. И чем ближе я к господскому кабинету, тем сильнее чувствуется волнение. Лилия права – нельзя радоваться неприятностям. Но моя жизнь настолько однообразна, что любое отклонение от привычного распорядка ощущается настоящим приключением. Пусть и рискованным.
– Боги! Ты умываться в преисподнюю спускалась? – всплескивает руками младшая госпожа, когда я запыхавшаяся останавливаюсь возле неё.
– Прощу прощения, госпожа.
– Оставь, – отмахивается она от меня и настежь распахивает двери в кабинет своего отца. – Нас уже ждут. Идём. И закрой за собой дверь.
Я прохожу вглубь комнаты вслед за госпожой, не отрывая глаз от ковра и своих тапок. Нас ждут? Ждут? Кто-то ещё кроме её отца? Могла Глафира сообщить обо мне Смотрителю, чтобы он успел явиться за мной за столь короткий срок времени? Сомневаюсь.
– Мама! Папа! – торжественно произносит младшая госпожа, и я тихонечко выдыхаю. Кажется, всё не так страшно, как я успела надумать. – Я нашла способ избежать Королевского отбора!
– Глафира! – восклицает старшая госпожа. – Не при служанке же!
– Что ты придумала на этот раз, позволь узнать? – отрывая взгляд от бумаг, маетно вздыхает отец Глафиры. И мне тоже безумно интересно то, что она придумала. А самое главное, как с этим связана я?!
– Иванна, подними, ради Богов, своё лицо! – нетерпеливо приказывает Глафира.
Я тут же подчиняюсь, и в меня впиваются две пары глаз, правда выражение у них разное. Господин смотрит довольно скучающим взглядом, а вот госпожа однозначно заинтригована указанием, что дала мне её дочь.
– И-и-и? – вновь смотрит на Глафиру её отец.
– Ты разве не видишь, папа? – подскакивает младшая госпожа ко мне и обхватывает мой подбородок пальцами, поворачивая мою голову из стороны в сторону. – Наша служанка красива!
– Бедняжка, – усмехается её отец, явно теряя интерес к происходящему. – Но не переживай, эта девочка не красивее тебя.
– Папа!
– Дорогой, – всё ещё не отрывая глаз от меня, хлопает по плечу господина его жена. – Кажется, я… Ты обязан выслушать свою дочь до конца. Милая, расскажи то, что ты придумала.
– Иванна… Она отправится на отбор вместо меня!
Что-о-о?!
– Что за глупость? – хмурится господин.
Да?
– Посмотрите! Она красива почти, как я. У неё светлые волосы, голубые глаза…
– Синие, – тихо поправляю я, не сумев сдержаться. Но кто бы обратил на меня внимание, верно?
– …рост, фигура. Чуть пополнеть и мои наряды придут ей в пору! Обучить грамоте и манерам. Благо время ещё есть. Это гениально, понимаете? Мне не придётся ехать в столицу! – радостно хлопает в ладоши девушка. – Не придётся терпеть все эти унижения.
Это всё придётся делать мне, выходит?! Нет-нет-нет!
– А что реестр, милая? – алчно блестят глаза старшей госпожи. – Наш обман не раскроют сразу же?
– Мама, я знаю наш реестр наизусть! – недовольно кривит губы Глафира. – И никакой Иванны там отродясь не было!
Ха. Знает наизусть, всё-таки. Превосходно!
– Это правда? – строго спрашивает женщина уже у меня.
– Да, – выдыхаю я, опуская глаза. – Но… Если позволите… Я… я не смогу вам помочь.
– Это ещё почему? – возмущённо вопрошает Глафира. – Ты сделаешь всё, что мы тебе прикажем!
– Так, женщины! – бьёт ладонью по столешнице господин, заставляя нас-троих вздрогнуть от испуга, и поднимается с места. – Я всё ещё не понимаю ваш замысел!
– Дорогой, нас разве когда-нибудь интересовала Корона? Нет. Напомню, что ты сам не обрадовался тому, что нашу кровиночку придётся отправить на растерзание столичным стервятникам. И вот – наша дочь нашла выход! Разве не чудесно? Мы выдадим… – ой, совершенно не важно, как её зовут! – за нашу дочь. На отборе она будет держаться в середнячках: не бросаться в глаза, но и не сильно плоховать, чтобы не позорить нашу семью. А Глафирочка в это время, – смотрит она на дочь, – поживёт в деревне? Да, милая? Там гораздо спокойнее, чем в суматошной столице близ Короля-чудовища. Мы сделаем так, что никто и не узнает о нашей маленькой шалости, которую мы устроим, чтобы уберечь нашу дочь.
Теперь господин всматривается в моё лицо пристальнее, заставляя моё сердце биться чаще, чем было минуту назад. Я не могу никуда уехать! Заменять на отборе Глафиру? Да они с ума посходили! И похоже, все втроём! Даже, если не брать в расчёт все прочие «не», кто в здравом уме примет служанку за благородную девицу?! В моём характере просто нет необходимых качеств: надменности, гордости и величия!
– Нет! – не сдерживаюсь я в итоге. – Нет! Я не могу! Не могу никуда поехать. У меня сестра. Она… Понимаете, она не может ходить. Ей нужна постоянная забота!
– Что-то припоминаю… – сужает глаза женщина. – Пару лет назад мы возвращались из деревни, где проводим лето… Одна из повозок со слугами перевернулась, несколько человек сильно пострадало, ещё больше умерло на месте. А одной повезло так, что даже царапинки не осталось. Это была ты, верно?
Вообще-то царапины на мне были, и ещё какие!
