Ну а я почти рефлекторно схватил злодея за грудки. Пальцы правой резануло, словно тупым ножом, и негодяя я не удержал. Сбросив меня с себя, тот подался назад. Я снова попытался за него уцепиться, но уже не достал, споткнувшись обо что-то — возможно, о ногу девушки на дороге — и упал.
Вернись ко мне в этот момент нападавший, я бы, наверное, оказался перед ним совершенно беззащитен, но тот предпочел спешное бегство. Как и его сообщник — приподнимаясь, в стороне я заметил еще одну стремительно удалявшуюся фигуру. Затрещали кусты, через которые ломанулись злоумышленники — и все стихло.
Лиц мерзавцев я так и не рассмотрел.
Теперь же, ошалело оглядевшись вокруг и не обнаружив явной опасности, я нагнулся к Ким. Шея девушки была как-то не очень естественно вывернута, но Чан Ми дышала, пусть и слабо. Прощупывался и пульс.
Подспудно дивясь охватившему вдруг меня ледяному спокойствию, я полез в карман за телефоном — и только теперь заметил, что с самого момента стычки так и сжимаю что-то острое в правом кулаке. Разжал пальцы, затем достал мобильник левой и осветил предмет на ладони — почему-то поступить так мне сейчас показалось важным. Это был значок с портретом Вождя. Довольно необычный — но где-то я вот точно такой, кажется, уже недавно видел…
С ходу не припомнив где, слишком заморачиваться этим я не стал — принялся звонить в Скорую. Там ответили почти сразу. Я успел объяснить, что примерно случилось — конечно, не про нападение, только про аварию — и как нас с подругой найти. И на полуслове отключился.
Дверь отворилась, и в больничную палату, что я делил без малого с десятком соседей, вошли двое посетителей. Первым порог переступил незнакомый мне статный армейский офицер с петлицами майора — а за ним появилась Джу собственной персоной! Вернулась⁈
Я дернулся подняться им навстречу с койки, на которой полусидел-полулежал, свесив на пол ноги — но оба гостя почти синхронно остановили меня жестом.
— Не вставайте, товарищ Чон, — не преминул произнести майор. — А всех остальных прошу выйти и подождать пока в коридоре! — обведя взглядом помещение и слегка повысив голос, обратился он затем к моим товарищам по палате.
Те без споров двинулись вон — благо лежачих больных среди нас не было, только уже готовившиеся к выписке.
Моя, к слову, ожидалась уже к вечеру: существенных повреждений доктора у меня не нашли и оставлять в больнице на вторые сутки не собирались. Вывих плеча, очередное сотрясение мозга, пара ссадин да синяков — со всем этим, по мнению местных эскулапов, я вполне мог отправляться долечиваться домой.
А вот с Чан Ми дела, по ходу, обстояли куда хуже. Подробностей мне упорно не говорили — несмотря на все мои настойчивые расспросы — удалось лишь выяснить, что девушка жива и направлена в палату интенсивной терапии. В сознание она вроде как не приходила.
— Я — Мин Му Ёль, старший следователь военной прокуратуры, — представился мне офицер, когда в помещении мы остались втроем. — Позавчера мы с вами разговаривали по телефону… товарищ младший лейтенант, — сразу же продемонстрировал он степень своей осведомленности.
— Рад личному знакомству, товарищ майор, — кивнул я, все же приняв менее расслабленную позу. — Добрый день, товарищ Джу! — приветливо улыбнулся затем Мун Хи.
— Здравствуйте, товарищ Чон, — поддержала официальный тон та, усаживаясь на табурет в ногах моей койки.
Мин пододвинул себе другой — от соседней кровати — опустился на него и выложил перед собой телефон.
— Беседа записывается, — кивнул на трубку. — Так нам с вами будет быстрее и проще.
Я лишь неопределенно пожал плечами — как вам угодно, мол. От неосторожного движения травмированный сустав болезненно прострелило — и, кажется, я не сумел сдержать мимолетной гримасы, не укрывшейся от внимания собеседника.
— Вы достаточно хорошо себя чувствуете для разговора, товарищ младший лейтенант? — счел за благо уточнить тот. — Нам сказали, что ваши документы уже отправлены на выписку.
Пробежала тень беспокойства и по лицу Джу.
— Да, да, все нормально, — пришлось мне их заверить. — Я готов.
— В таком случае, рассказывайте, — обронил следователь.
— Если позволите, товарищ майор, сперва сам задам один вопрос, — проговорил я. И не дожидаясь разрешения, продолжил: — Что с Чан Ми? Ким Чан Ми.
— Вы о женщине, что была с вами на мотоцикле? — уточнил майор — и после моего короткого «Да» обернулся к Мун Хи, как бы предоставляя ей слово.
— Товарищ Ким Чан Ми серьезно пострадала и находится в коме, — сообщила мне начальница Управления. — Я организовала, чтобы ее перевели отсюда в военный госпиталь.
— В тот самый? — почти на автомате поинтересовался я.
— Нет, здесь, в Пхеньяне. Но тоже хороший. Ким Чан Ми уже там, ею занимаются лучшие специалисты.
— Я хотел бы ее навестить — ну, понятно, как сам отсюда выйду, — сказал я.
— Зачем? Говорю же: она в коме! — слегка насупила брови моя собеседница.
— И тем не менее, — не уступал я. Чувствовал: так надо!
— Хорошо, я договорюсь: вам оформят пропуск, — все же немного помедлив, кивнула Мун Хи.
— Спасибо, товарищ Джу!
