К моему приезду Хи Рен была уже почти готова. Одетая в зеленый брючный костюмчик, расцветкой и фасоном весьма напоминавший военную форму, поверх которого алел отглаженный галстук Детского союза, моя ученица стояла у дверей рядом с высоченным, почти с нее саму ростом, туго набитым рюкзаком. Честно говоря, даже не представляю, как бы она в час пик добиралась с таким до школы своим ходом! Да и по горам как с ним собирается таскаться — не очень было понятно.
На последний вопрос, впрочем, ответ нашелся быстро.
— Мне его в таком виде только до автобуса доволочь, — пояснила девочка, заметив мое внимание к своему рюкзаку. — Там можно будет часть вещей выложить — они не для самого похода, а для культурной программы по его окончании, нам их потом подвезут. Правда, придется вместо них кое-какие продукты положить, но они вроде бы не тяжелые будут — что-то типа упаковок сухой лапши…
В этот момент из комнаты послышался звонок мобильника.
— Ой, простите, Чон-
Закончив разговор, Хи Рен завертела головой, явно ища, куда бы пристроить телефон — и в итоге положила его на пуфик.
— Это Ли Мин Со, моя одноклассница, — зачем-то пояснила мне затем, кто звонил. — Она просила захватить для нее кое-что. Ну… — тут девочка слегка замялась, смутившись. — Кое-что женское… В продаже такого нет, а у
— А это так тут и оставишь? — кивнул я на трубку на пуфике.
— Да, сказали, с собой не брать, — подтвердила моя собеседница. — Там и сети, наверное, нет… А у Пак-
— Давай, — кивнул я, примериваясь к ее громоздкому рюкзаку.
— Я сама! — резко вскинула голову присевшая возле походных ботинок Хи Рен. — Не хватало еще, чтобы в школе кто-то увидел, что за мной вещи носят!
— Я только до мотоцикла, — улыбнулся я. — У школы сама возьмешь.
— Да? Ну хорошо… Спасибо, Чон-
Рюкзак, к слову, реально оказался довольно тяжелым, для хрупкой девочки — так уж точно! Его лямки, подогнанные под фигурку Хи Рен, были мне коротковаты, но возиться с ними я не стал — просто закинул обе на одно плечо. Тем временем моя спутница зашнуровала ботинки — и мы вышли из квартиры.
Вниз спустились с комфортом, на лифте — в этот ранний час он еще работал.
— Чон-
— Пользуйтесь на здоровье — только давайте уж осторожнее, — проговорил я. — Ладно, там, стол — головы себе не пробейте!
— Мы очень осторожно! — заверила меня собеседница. — Стол потому и пострадал, что мы петлю подальше отодвинули, чтобы противовесом нас никого не задело!
— Ну тогда ладно, — усмехнулся я. — А как у тебя продвигается с метанием ножей? — участливо спросил затем.
— Так себе… — слегка помрачнев, буркнула себе куда-то под ноги Хи Рен. — Нет, если совсем с близкого расстояния — шагов с трех — то они у меня уже почти всегда втыкаются… Мне
— Это правильно, — кивнул я.
После того, как мы пристроили на багажнике Кавасаки наш здоровенный рюкзак, места для пассажира на байке практически не осталось. Спереди — как это называла Хи Рен, «по-детски» — еще где-то как-то, а вот за спиной водителя — уже точно нет.
Так-то, большую часть пути девочка по-любому должна была сидеть ближе к рулю, но в конце, как и в прошлый раз, собиралась перебраться назад — но тут оказалось без шансов. Поэтому на школьный двор она попросила меня не заезжать — остановиться за забором.
