— То, что вы предлагаете сложно, долго и опасно. Мы услышали ваш вопрос. И то, что вы не примете ту естественную плату, что самцу обычно полагается за пролитую кровь. Предлагаю расходиться. У нас больше ничего нет. Я говорила правду.
Она развела в стороны дрожащие от смущения руки, показывая пупок.
Стеснение — одна из самых человеческих черт. Если не самая.
Хотя в темноте лишь едва вырисовывались плечи, Ингвар отвернулся, чтобы не смущать девушку.
— У нас нет денег. А имён мы вам не хотим называть. Так что возможности получить плату в будущем тоже не будет. Мы без сумок, бегаем по лесу с голыми пупками, как дикие звери.
— Как дикие звери, как дикие звери! — весело зазвенел смех сестры. — Как дикие звери! Ууу-уу-у!
— Понимаю, — опять согласился Ингвар.
— Может, мы как-то не так объяснили про кровь. Это как экзотическое вино. Мы можем заплатить много денег, чтобы его попробовать. Что-то несложное сделать. Чтобы попробовать стаканчик легендарного колдуна. Но рисковать жизнью не будем ни в коей мере. Ни на йоту.
— Найота? — переспросила сестра. — Это кто?
— Я потом тебе расскажу, родная. Да и нянчиться мы не очень любим. Всё-таки мы жрицы Хорна, а не Дэи. Разница, думаю, понятна. Вы наверняка легендарный, а сейчас просто истощены, но мы-то живём в сейчас...
Вторая сестра опять влезла в разговор:
— А ты правда тот Таро Тайрэн, за голову которого магистрат даст тысячу марок?
Ингвар понял, что они всё-таки копались в сумках тех, кого убили. Очередная ложь.
— Вы нашли листовку?
— Нет.
— Да.
Более разумная девушка закрыла лицо ладонями от стыда за глупость сестры.
Рассвело уже достаточно, чтобы разобрать этот жест светлокожей лесной тени.
— Понятно. Я прошу уточнить, что дают не за голову. Они же поговорить со мной хотят. Так что за голову без меня — награды не будет. Только за живого.
— Ха! Я же говорила, он классный! Он как редкий зверь! С ценной шкурой!
Это сравнение почему-то разозлило более миролюбивую из сестёр:
— Заткнись. Ты говорила, что он жирный импотент, который не стоит и десятиминутного разговора. Хватит уже выделываться. Не видишь, что ли?! Ты ему не понравилась!
— Барышни! Я бы хотел кое-что предложить.
Ингвар понимал, что раз в разговоре всплыли марки, имеет смысл переключить внимание девушек. Хотя он по голосам понял, что огромная награда не производила на них совершенно никакого впечатления.
То ли они были глупы и мечтательны.
То ли сумма была маленькой по их меркам.
То ли их вообще не интересовали деньги, как таковые.
— Ну, говори!
— Пожалуйста, предлагайте свой вариант.
— От вас обещание выпить не много. Мне нужны будут силы, чтобы идти. То есть по бокалу. Раз уж у нас тут винные сравнения.
— Ты смелый, кабанчик! А мы тебе что?
— Это звучит хорошо. А что взамен?
— Проводите меня к тем двоим.
Ингвар скрестил пальцы. И попытался осторожно представить себе руну Гебо. У тех двоих должна быть теплая одежда. И еда. И деньги. И главное, там гримуар.
Это такая вещь, которую невозможно купить. Только на черном рынке. Но у Ингвара нет для этого ни денег, ни связей. Только в сагах можно у любого лавочника спросить: простите, а где тут у вас секретный чёрный рынок?
Естественный же путь получения гриумара только один. В храме. Но для этого нужна квента, где будет указано, что обладатель колдун, которому полагается такая штука. И там будет много бумажной работы. Это не мельком показать нарисованную воровскими умельцами поддельную квенту. Там всё проверят.
И третий вариант — взять гриумар у мёртвого колдуна. Он мог не даться в руки. Потребовать слов или жеста, чтобы открыться. Но как-то же открывают чужие гримуары. Как-то же подбирают чужие пароли. Во всяком случае, в сагах.
— Провожать вас к тем колдунам, которых мы убили, я бы тоже не хотела. Это долго. Их придётся искать. И на самом деле, думаю, их уже должны были либо сожрать, либо найти те, кто идёт по вашему следу. Это было в той стороне, откуда вы появились. Сами понимаете.
— Поверь мне, Таро. Здесь лес просто кишит плотоядными тварями. Собсно, то что ты цел — это единственная причина, почему я верю в то, что ты чертовски хорош. Благородными чертами лица покупай доверчивые сердца, как у моей сестры. Или в трактире байки трави, как ты в детстве отстал от повозки папы-лорда и мамы-леди. А мне нравится твой Мактуб. В дремучем лесу. В одиночку. Не бояться спать на земле, без костра, без оружия. Это надо иметь определённый...
Резкий хлопок ладони по голой плоти:
— Хватить заигрывать с ним.
Ответный звонкий шлепок.
— Сама провалялась на нём полночи.
— Барышни! Тогда такое предложение. Мне нужно обещание. Если вы встретите моих преследователей или любого, кто охоч до информации о Таро, не выдавайте меня.
— Мы бы и сами вас попросили никому не рассказывать о нашей встрече.
— Договорились.
Спустя час, когда рассвело, Нинсон уже не понимал, как можно было перепутать девиц. Разные голоса, разные интонации, разная мимика. Похожи только жилистые тела. Ну и одинаковые татуировки на бледной коже, само собой.
