Нинсон искоса посмотрел на край полянки, где шебуршилась Грязнулька, выискивающая в темноте хоть какие-то веточки. Убедился, что кто бы ни оказался в тех кустах, это точно не девочка. Выдохнул в предчувствии боли. Плечо с чавканьем вывихнулось из порядком разболтанной суставной сумки. Великан скрипнул зубами, отводя тетиву плавным, но быстрым движением, чтобы сразу же выстрелить.
—Не надо! — вскрикнули там, за кустами, когда тетива уже выскользнула из пальцев.
Макошина нить хлопнула по наручу, стрела влетела в куст.
Ворох веток и молодых листочков вышиб из куста человека.
Он вскрикнул и упал в заросли. Упал спиной вперёд, потому что из груди торчала стрела.
Нинсон успел заметить плеть огненно-рыжих волос и слетевший с головы колпак. Взметнулись полы чёрного кожаного плаща. Будто птица последний раз ударила крыльями.
Сверкнул на груди золотой служебный жетон.
Это был не Хольмудр.
Глава 81
Красный Колпак
Ингвар, с луком наготове, побежал смотреть, что натворил.
—Клять!
Различил узкие сапоги и исцарапанные ветками кожаные штаны. Ножны меча на поясе. Поискал взглядом слетевший с женщины колпак. Вот он. Чёрный, потому что вывернут наизнанку для маскировки. А внутри красный.
Целовальник. Работник службы поддержки. Служитель ведомства Одиннадцатого Лоа. Представитель силовых структур. Как ни назови, а всё только хуже.
«К тому же баба», — печально заметил Таро Тайрэн.
—Клять!
—Сам ты клять. Иди сюда и помоги подняться.
Женщина открыла клапан на сумке с люмфайром. Оргоновая лампа тиуна цвета киновари светила холодным, но красным светом, как медвежья луна. Нинсон посмотрел наверх. Но луны не было. Только иногда звёзды в прорехах ватных облаков.
Женщина выпутывалась из завернувшегося плаща и лямок съехавшей набок сумки с люмфайром. Действовать ей приходилось осторожно, чтобы не задеть древко стрелы. Ингвар повесил лук на ветку дерева и полез помогать, стараясь не наклоняться слишком близко. И действовать одной рукой, чтобы иметь возможность выхватить топорик.
—Да не ссы ты. Ещё и рутгер бывший. Я всё слышала. Я за ним уже давно слежу.
То была типичная рыжеволосая воительница, спустя двадцать лет после того, как про неё сложили последнюю сагу. Лицо оставалось породистым и волевым, но углы губ уже загнулись книзу, пухлые щёчки обвисли, светились огненно-рыжим пламенем крашеные волосы.
Под плащом на ней был только корсет с металлическими вставками. Алхимически укреплённая кожа не остановила стрелу, но всё же две нагрудных пластины бронелифа не дали ей войти в тело глубоко. Наконечник остановился, засев в ребре. Если бы не бронелиф, женщине прошило бы лёгкое. А так только ранило. Хоть и болезненно, но не опасно для жизни.
Женщина показала на ногу, выше колена перевязанную окровавленной рубахой.
—Он подрезал меня. Я на коне была, он крутнулся, присел. Ох и быстрый. Но я это так не оставлю. Сука. Конь ещё держался сколько мог. Но с ночи я уже сама пру. Да и он лесами стал уходить. Уж и не помог бы конь. Надо идти за ним, пока след свежий.
Женщина достала из кармана плаща три склянки. Две были пусты, а в одной плескалась тёмная жидкость. Кровь Хорна, чёрная в свете люмфайра. Вот почему темнота не становилась помехой для выбора направления. Хотя, как тиун шла в нужном направлении, не спотыкаясь, оставалось загадкой.
«Она колдунья, — заметил Таро. — Осторожнее с ней».
—Но мы его схватим, да?
—Мы? Его? С тобой? Нет, рутгер. Мы его не задержим. Он легко выйдет против нас. Прирождённый фехтовальщик. А мы не в лучшей форме. Я не знаю, как ты. А я так, едва держусь.
Они закончили распутываться. Женщина придерживала стрелу, а другой рукой опёрлась о Великана. Он подставил ноги, чтобы она могла упереться сапогами хоть во что-то, кроме влажной листвы.
—А как же…
—А вот так же. Смотри у меня тут. Поднимай!
Ингвар потянул, женщина выругалась и повисла на нём. Он обнял её, чтобы она могла держаться за его здоровое плечо.
—Слушай, рутгер, а ты можешь встать с другой стороны?
—Нет.
Боль из развороченного плеча придала этому «нет» достаточно твёрдости, чтобы тиун не стала возражать, хоть ей и пришлось отодвинуть назад перевязь с мечом. Она обхватила шею Ингвара, а он обнял её за талию, и так, ковыляя, они двинулись к лагерю.
—Короче, я слышала ваш разговор на троих. Видеть не видела, но слышала хорошо. Ты хорошо держался. Хорошо, что он к девочке не полез. И главное, хорошо, что ты в него потом стрелять не стал. Когда он вернулся. Он всегда возвращается. Не знаю, что за штука у него такая. Но всегда сначала уходит. А потом приходит. И уж либо не трогает. Либо убивает. Раз он не тронул во второй раз, то ушёл совсем. Летуна ищет, гадина!
—А чего же ты тогда в кустах сидела, если он после второго раза не возвращается?
—Я для верности выжидала. А потом ты как выстрелишь. Безо всякого предупреждения. Как ты меня услышал, кстати?
—Повезло, — ответил Нинсон и с благодарностью кивнул призраку чёрной крысы.
Маленький и взъерошенный Уголёк ковылял рядом. Чешуйчатый хвост безвольной верёвочкой тащился по листве.
