—За мной идёт Бэр Путешественник с компасом. У меня маркер.
Женщина похлопала по плащу, показывая, что маркер в кармане.
Похоже, у Нинсона были плохие новости для тиуна. Её Путешественник мог наткнуться на Бентэйна. И возможно, именно его компас сейчас валяется на спальнике. Потому что шанс, что в одном месте окажутся два компаса, был ничтожен. Для светлой саги слишком неправдоподобно, а для тёмной слишком зловеще. Надо будет посмотреть, куда указывает стрелка.
Тиун взвыла, споткнувшись.
—Потерпи, мы почти пришли.
—Скверно, конечно, что ты меня подстрелил, рутгер. Инь как скверно. Но, справедливости ради, я всё равно дальше не пошла бы. Нога уже всё. Поэтому и сидела в кустах, встать не могла.
—Бэр Путешественник — кто-то из твоего отряда?
—От моего отряда уже никого не осталось. Мы на Волчью Пасть наткнулись неожиданно. А вот он нас ждал. Сука. А Бэр Путешественник не из моего отряда. Бэр это Бэр.
—Кто это?
—Никогда не слыхал? Это, брат, сила. Силища. Бэр и его колдунья Гвиневра. Они тут такого шороха наведут. Их за летуном вроде как послали… Тут запутанная история. Но он нам поможет, это точно. Он всегда помогает. Он где-то в пути. Должен идти по моему следу.
—И далеко он? Давно вы последний раз виделись?
—Утром.
—Этим утром?
—Ну, конечно, клять, этим. Правда о вас говорят, что вам отшибает мозги напрочь.
Нинсон уточнял не просто так. Если этим утром, то у Бентэйна был свой компас, а её Бэр «Силища» Путешественник мог быть ещё жив.
—Между нами было часа четыре хода. Но я даже не могу тебе сказать, сколько времени я уже сижу в этих пахтаных кустах. Может быть, он уже рядом. Он всё же Путешественник. Это мне часа четыре нужно. А ему… не знаю… два. Он меня не потеряет, пока у меня с собой маркер. Нам бы только не упустить этого гада. Я-то идти дальше не смогу. У твоего костерка и останусь. А ты пойдёшь. Маркер тебе дам с собой.
—Так как идти-то? Ночь же.
Она повернула его руку. Осмотрела тыльную сторону ладони.
—Нету стигма? Странно. Я почему-то была уверена, что ты колдун.
—Странно? На целый город пустышек может приходиться всего несколько полнокровных. А на дюжину колдуний родится только один колдун. И ты удивляешься, что первый встречный мужик не колдун?
—Удивляюсь, что я подумала, что ты колдун. А стигма нет. Я редко ошибаюсь. Даже и не помню, когда ошибалась в человеке последний раз. Вот по тебе сразу видать, что неплохой ты парень…
Тиун поправила бронелиф с засевшей стрелой и добавила:
—Хоть и изрядный придурок, конечно!
Ингвар посмотрел на окровавленную руку, которой она держала древко. На тыльной стороне ладони чернел стигм — круг энсо, заполненный одинаковыми чёрными крестиками. Нинсон не успел сосчитать, сколько их.
—Двадцать девять. За каждого убитого колдуна ставлю. Не спрашивай. Долгая история. Так ты не колдун? Значит, в темноте видеть не сможешь? Плохо. Но я могу выдать тебе люмфайр. Идти по лесу с ним иньдец как неудобно, но всё же можно.
—Так я как на витрине буду. Меня Хольмудр не того?
—Может и того! Нечего было в тиуна стрелять.
«Даже не думай! Не соглашайся! Не смей!» — запротестовал Таро Тайрэн.
—Раз надо, я готов. Придумаю, как идти. Вот только девочка там у меня.
—Герой, клять! Вот за что девки рутгеров любят. Понимаю. Только чего толку, если тебя пришибут? Ещё и маркер потеряю казённый. Я тебе говорю, я в людях разбираюсь. Насквозь вижу, кто есть кто. И по тебе вижу, что ты ходить по лесу не умеешь. Ты даже на рутгера не очень-то похож. А на следопыта ещё меньше.
Нинсон будто случайно обернулся к женщине. Она испытующе смотрела на него.
—Я, может, и соврал немного. Думал, так меньше шансов, что он нас тронет.
—Да я уж поняла. Давай достанем стрелу, и я пойду дальше. А ты тут сиди. Ещё я только с чужими девочками не сидела. Когда встретишь Бэра Путешественника, то обязательно расскажи ему всё. И про стрелу тоже лучше расскажи. Я подтвержу, что ты не знал, в кого стреляешь. Не переживай. Главное, давай этого ухореза прищучим. Но потом ты мне проставишься!
—Железная ты тётка, — восхитился Ингвар.
—Клять! Осторожнее, великан. Меня, кстати, Целлия зовут. Лейтенант службы поддержки Целлия Циннци. А тебя?
—Лейтенант? Ого! А я Желтушник Дайс.
—Желтушник? — Целлия усмехнулась, превозмогая боль. — Тебе даже идёт.
А потом из леса с охапкой хвороста вышла Грязнулька.
Девочка не уходила далеко, собирая маленькие веточки на опушке. Набрав целый подол, она возвращалась к огню. Кукла была без платка, с открытой шеей, руками, и даже сарафанчик был закатан чуть ли не до самого пупка, чтобы сложить в рубашку как можно больше деревянной трухи.
Ингвар начал загораживаться ложью:
—А это моя…
Но Целлия просто сказала:
—Кукла!
Схватила Нинсона за волосы, потянула вниз и назад. Так же, как он управлялся с Фэйлан. Одновременно Целлия держалась за гриву Великана, чтобы не упасть. Рука сначала дёрнулась к рукояти меча, но ткнулась в пузо Нинсона. Из-за этих движений перевязь перемесилась. Теперь цзуба тиунского меча болталась где-то на заднице, пряжка ремня была на левом боку, а кинжал, который обычно был под правой рукой, переехал на живот.
