— Чтобы подумал немножко о Сейде, а не о сиськах той бабищи на берегу!
Клять, она же права.
— Тогда Винж!
— Да будет так! — громко провозгласила Тульпа. — Да будет Винж!
Уголёк расплавился клейкой лужицей и превратился в крысу.
Ловкую и вёрткую крысу с янтарными глазами и топорщащейся темной шёрсткой.
Ингвар видел, как Тульпа отступает в тень деревьев. Как подносит к губам колдовской свисток. Он тоже отступил. Прижался мокрой спиной к стволу.
Раздался грай тысячи птиц. Мир ожил.
К скулежу страдающего от яда Красного Волка добавился гомон и стоны ещё шестерых людей. Деревья зашумели громче. Ингвар снова был собой. Кем бы он там ни был. Сказочником Ингваром Нинсоном. Или колдуном Таро Тайрэном.
Пинком сбросил бухту шелковой верёвки, которой хватило до земли. Кухонная прихватка в кольчужной рукавице легла на змеящийся изгиб шнура.
Нинсон заправил ручку исцарапанного баклера за ремень. Осторожно, чтобы не стучать тяжёлыми сапогами, прошёл меж торчавшими сквозь доски наконечниками.
— Двадцать-двадцать-двадцать!
Ингвар ухнул вниз. Кольчуга скользила по шнуру, портя драгоценный шёлк.
Фэйлан выстрелила. Стрела пролетела над головой.
Нинсон направил руку на женщину с луком. Вишнёвая капля кабошона ярко светилась. Великан понял, что колдовство споткнётся о кольчужную прихватку, серебряные застёжки на куртке, перстень, который так и остался вплетён в волосы, о…
Красная Волчица стояла на одном колене и поджидала Нинсона.
Выхватывала по одной стреле из воткнутой в землю гребёнки и сразу выпускала.
— Винж! — закричал Великан ещё в воздухе.
Он скользил по верёвке, и стрелы пролетали на полметра выше его головы.
Женщина производила впечатление хорошего бойца. Могла так ошибиться один раз, могла второй, но уже с трудом верилось, что она допустила ту же ошибку в третий раз. На миг Нинсон задумался, а может ли она вообще попасть в него.
Учтёт ли поправку на эти полметра или так и будет мазать?
Проверить можно было только получив стрелу. Докопается до сути как-нибудь в другой раз. Не сейчас. О нет, не сейчас. А сейчас пора спать.
— Винж, — сказал Великан во второй раз перед самой землёй.
Призрак фамильяра бросился на лучницу. Подпрыгнул, уцепился лапками за штанину над сапогом. Вращая для балансирования хвостом, тугим и чешуйчатым, как змея, крыса в мгновение ока вскарабкалась по стёганке Фэйлан до самого лица.
— Винж… — прошептал Нинсон в третий раз, когда тяжело приземлился.
Все брошенные руны попали.
Фэйлан валялась на земле. Под головой растекалась чёрная лужица. Ингвар сначала подумал, что это кровь. Что женщина ударилась о камень. Или её природная оргоновая защита так упорно сопротивлялась, что в мозгу у воительницы что-то лопнуло. Что кровь натекла из уха. Но потом Нинсон увидел, что лужица грязно-серой слизи не отражает солнечный свет. Это был призрак фамильяра. Совсем без сил.
Ингвар сбросил нагревшуюся кольчужную рукавицу и поварскую прихватку. Достал последнюю устрашающе огромную чёрную стрелу с красным оперением. Доковылял до командира Красных Волков, ломая частокол приготовленных для боя стрел.
— Вставай!
Нинсон натянул тетиву. До конца. До мерзкого чавканья в разбитом суставе.
— Не стреляй! — закричала она ещё до того как открыла глаза. — Я сдаюсь.
— Хорошо. Раздевайся.
На миг она уставилась на Великана с удивлением, перестав бояться.
Глава 68
Двойная Соул
Ингвар засмеялся и выстрелил в землю, показывая, что не намерен сражаться:
— Да не нужна мне твоя инь, женщина, успокойся. Там на берегу народ уже задубел. Вытаскивай скатки и отнеси им одеяла. Но с сумками я тебя к куче своих трофеев не подпущу.
— Это куча сути, а не трофеев, — пробурчала Фэйлан. — Настоящие трофеи остались в лагере.
Она быстро расстегнула ремень и побросала вещи. Оставшись в одной рубашке, задрала её до шеи и несколько раз повернулась, показывая подозрительное отсутствие волос, плоскую задницу, несколько шрамов от очень серьёзных ран и вытатуированное под грудью изречение:
«Следи за собой, будь осторожен».
Ингвар заметил, что она не сняла рубашку, потому что прятала что-то маленькое, висевшее на шее на серебряной цепочке с квадратными звеньями. Это не мошна, не мешочек с травами, не ксон. Что-то совсем крохотное. Наверное, амулет. Ладно, пусть.
Нинсон не стал рассматривать ни амулет, ни поджарое тело, чтобы не смущать женщину с голым пупком. Одним взглядом убедился, что при ней нет потайных кошелей или ножен.
— Иди.
Женщина удивилась. Попятилась, держа рубаху у горла. Сначала Великан подумал, что она боится, что если только разожмёт ладонь, то звякнет цепочка амулета, который она прячет. Но потом понял, что Фэйлан ухватила мелькнувшую у него мысль: нож Кутха мгновенно перережет глотку. Он не знал, как она это сделала. Натренированным чутьём воина или обычной иньской чуйкой. Но видел, что она каким-то образом различила потаённое видение, мелькнувшее перед его внутренним взором.
— Нет, стой. Стой смирно и смотри…
