Убьют ли меня ближайшие люди?
Ну, не убьют. А выдадут преследователям. Или переломают ноги и оставят так.
В какую сторону ближайшие добрые люди?
А точно нужны добрые? Какие-нибудь злые беглые каторжники могут оказаться куда полезнее в нынешней ситуации. Или остервенело жадные купцы, готовые за несколько марок выкупить у голодного человека золотой перстень-печатку. Язык не повернётся назвать их добрыми, а меж тем помощи от них будет куда больше.
В итоге, перебрав ещё дюжины три вариантов, сформулировал так:
— Куда мне повернуть? Налево или направо?
Переложил ответственность на Мактуб.
Пока двенадцатигранник катился, Ингвар понял, что даже не выбрал значений.
Впрочем, текст обычно двигался слева направо. Время текло слева направо.
Стало быть, нечет соответствовал левому направлению, а чёт правому.
Первая половина цифр — левому, а вторая — правому.
Пять.
— Значит, налево. Это и нечётное, и из первой половины. То есть строго налево.
Хотя чутьё и подсказывало ему, что посёлок ждал его в другой стороне, Ингвар отдался на волю судьбы и последовал знакам, которые сам себе определил.
Сначала прошёл пятьдесят шагов в одну сторону, потом в другую, повторил эти петли несколько раз. Влез в кусты, нещадно ломая ветви. В чащобе бросил кусочек пеньки, измочаленный с обоих концов.
Ингвар не обманывал себя. Красных Волков не сбить со следа таким уловками. Но они потеряют сколько-то времени. И то ладно.
В быстро сгущающихся сумерках Ингвар снова пробовал петь, но не пелось.
Колдовать — но и не колдовалось. Сейд больше не отзывался на попытки. Оргон не ощущался.
Даже Уголёк куда-то запропастился. Янтарные глаза больше не маячили в чаще.
Ингвар вяло подумал о том, что ему нужно было сначала избавиться от металла. Все эти пряжки, ножи, рукавицы, всё это не способствовало правильному течению оргона. Но сил уже не осталось.
Нинсон не падал с ног только потому, что от мысли о сне в холодной мокрой траве не становилось уютнее. Он не мог позволить себе костра, у него не было одеяла. Заползти во влажную хвою, укрыться ковром, обнять себя руками и слушать, как стучат зубы.
Ингвар отодвигал наступление такой ночёвки сколько мог.
Но он не спал уже часов сорок, и как бы ни старался… как ни пытался… ещё немного… ещё пару шагов… но концентрация… как бы ни старался… ещё немного… как бы он ни хотел… ни хотел… ни хотел… просто присесть… ненадолго… просто прислонить спину к удобному… просто дать отдохнуть пояснице… просто вытянуть гудящие ноги… совсем ненадолго… не на долго… на дол го…
Надолго…
Глава 51
Летучая Мышь
Ингвар проснулся от лёгкого прикосновения к руке.
Полная темнота. Даже непонятно, открыл глаза или нет.
Первое движение — найти оружие.
Стараясь не шуметь, Нинсон пошарил ладонью в мокрой траве. Слева должна лежать самодельная рогатина. Но её не было. Вот и наука.
Во-первых, не бросать оружие абы где.
Во-вторых, хотя бы приблизительно запоминать обстановку.
Ингвар всем весом придавил сакс. Теперь быстро не вытащить. Да и от любого зверя копьё, пусть даже и самодельное, куда как более надёжный помощник, чем нож.
— Тише-тише, — раздался над ухом ласковый голос Тульпы.
— Тульпа, ты…
— Тсс-тсс. Я. Слушай внимательно. Протри глаза. Положи поудобнее пику. К тебе кто-то идёт. С той стороны тропинки.
Нинсон попытался угадать, где тропинка. По зрячей привычке вертел головой.
— Да напротив же. Это не преследователи из лагеря. Это кто-то, кого мы не знаем. Кто-то, кто не запланирован. Понимаешь?
Ингвар кивнул, не сомневаясь, что даже в темноте Тульпа различит едва заметное движение.
— Это колдунья. Ученица или подмастерье. Точно не мастер. Попробуй притвориться лаптем. Не используй Сейд. Действуй по обстановке. Скажи, что потерялся.
— Тульпа, не уходи! Ответь про преследователей. Тульпа, как мне тебя позвать?
Нинсон услышал, как женщина скользнула в темноту. За ствол дерева, в корнях которого он спал. Мокрый ковёр служил простынёй, поясная сумка — подушкой, холодный кожаный плащ — одеялом.
— Тульпа, — прошептал Ингвар так тихо, что слышал только он сам. — Не уходи.
Но она ушла.
«Наверное, не могла остаться», — подумал Нинсон.
И ещё подумал, что Тульпа опять явилась без вороньего грая.
Руна Дагз разогнала бы тьму. Ведь видел же он ночью там, в лагере, во время беседы с Эшером. Могло и сейчас получиться. Нет, Тульпа ведь сказала, не надо.
Нинсон постарался незаметно достать клинок, прикрываясь одеялом. Но так замёрз, что почти не чувствовал пальцев. Что уж было говорить об изящности движений.
— Дахусим! — громко выругался Великан и прочистил горло.
Сплюнул. Поднялся. Отряхнулся. Перепоясался. Ругаясь, отыскал копьё.
Может быть, ещё будет хороший бросок. Если колдунья одна.
Нинсон вытер вспотевший лоб. Кажется, опять жар. Хорошо хоть в таком волглом лесу можно не экономить воду. Выпил целую горлянку.
Вторую извёл на то, чтобы как следует умыться. Прочистить залипшие глаза, снять белую пену с губ, прополоскать рот. Даже немного почистил зубы еловой веточкой.
