– Возможно. Но ты же знаешь, я человек, которому всегда все любопытно. Если ты узнаешь что-нибудь о Чхве Доике, немедленно сообщи об этом мне и не смей ничего утаить.
– С чего бы это?
– Что-то слишком много вопросов. С тобой все в порядке? Говорят же, много будешь знать – рано умрешь. По своему опыту могу сказать, что отказ от вопросов – кратчайший путь к продлению жизни! Если, конечно, ты понимаешь, о чем я. Ха-ха-ха!
По коридору эхом разнесся его холодный смех. Сильми подумала, что если она ударит его, то, возможно, сможет вырубить одним махом, но на практике свои расчеты применять не стала. Словно прочитав ее мысли, Чан Гвиу продолжил смеяться.
Без тени сомнений Ёнун открыл красную коробку с именем Сунчжи. Как он и ожидал, внутри лежала черная записка. Доик предупреждал его, что нельзя без разрешения вот так лезть в чужие вещи, но Ёнун считал иначе. Он был уверен, что это делается ради общего блага и является необходимостью во избежание опасности.
<Ресторан будет снесен>
Ёнун перечитывал эту короткую фразу снова и снова, пытаясь привести в порядок свои мысли.
Женщина не открыла коробку, но ее ресторанчик все равно снесли. Так он понял, что пророчество из красной коробки сбудется, даже если человек, получивший ее, не прочитает записки. Пока Ёнун тщательно записывал эти факты в свой блокнот, входная дверь открылась. Он попытался быстро спрятать коробку, но было поздно. Доик поочередно смотрел то на открытую коробку, то на Ёнуна.
– Ты не подумай, я не то чтобы хотел ее открывать, просто случайно кое-что увидел… Вот…
Доик ничего не сказал в ответ на его оправдания. Его лицо было серьезнее, чем обычно, и Ёнун предположил, что что-то произошло:
– В чем дело? Что-то случилось?
Но вместо ответа Доик достал из сумки красную коробку и положил ее на стол. По форме и размеру она отличалась от предыдущих. Она выглядела немного больше, но была гораздо более плоской. Даже Ёнун немного занервничал из-за появления новой коробки. На этот раз внутри оказалась не записка, а фотография.
– Ты, случайно, не знаешь, кто это? – спросил Ёнун, указывая на женщину с фотографии.
– Посмотри на адрес, – не отвечая на его вопрос, сказал Доик.
– Адрес?
– Я думал, что эта коробка адресована тебе, потому что она лежала у твоего порога, но на ней было мое имя.
– Хм, это значит… Отправитель заранее знает, где ты будешь находиться и что будешь делать… Стоп! – Внезапно в глазах Ёнуна появился огонек.
– В чем дело?
– Почему тогда эта коробка оказалась у ресторанчика сундэ? Ведь той женщины там уже не было! Разве это не странно? Я имею в виду, что ее должны были отправить туда, где она сейчас находится, ты так не думаешь? – сказал Ёнун, взяв в руки коробку, которую Доик принес из ресторана.
– Что ты хочешь этим сказать?
– А вдруг… Нет, ведь может же быть такое, что эту коробку отправили туда, зная, что ты ее найдешь? И, возможно, ее отправили, зная, что я ее открою.
– Это очень странно. Не проще было просто сразу отправить ее тебе?
– Смотри, ты сказал, что на коробке, которую получила та школьница, было написано точное место и время, когда она должна доставить ее тебе. Исходя из твоих слов, ее точно так же можно было просто отправить тебе, но ее послали той девчонке. Это значит…
– И что же это значит?
– Значит, нам необходимо вернуться к главному вопросу. Почему красные коробки указывают на определенное будущее? Это что-то, что так или иначе непременно произойдет. Моя первая гипотеза заключалась в следующем: «Дает ли это шанс изменить будущее?» Однако, понаблюдав за происходящим, я понял, что будущее, о котором предупреждают записки, изменить невозможно. В таком случае почему тебе дают знать о будущем, которое все равно невозможно изменить?
– И почему?
– Сколько бы я ни думал об этом, для этого может быть только одна причина.
– И какая?
– Необычное увлечение отправителя. Он пытается заставить тебя бороться, давая при этом понять, что ты заперт в месте, из которого ни за что не сможешь выбраться.
Молчание затянулось. Прошло немало времени с наступления темноты, но Доик и Ёнун так и не сдвинулись с места. Спустя какое-то время первым заговорил Доик:
– Это хозяйка того ресторанчика.
– Что?
– Я говорю, это та аджумма.
– А?
– На фото. Это она.
Ёнун снова посмотрел на фотографию. Когда он глянул на неловкую улыбку женщины, стало ясно, что она знала о том, что ее фотографируют. Фото не было сделано тайно. А значит, существует высокая вероятность того, что человек, сделавший снимок, – ее знакомый.
Повернув фотокарточку, Ёнун обратил внимание на водяной знак FUJI COLOR, написанный диагонально светло-желтым цветом на английском языке по всему заднику. Значит, фото было распечатано не дома, а в фотосалоне. Тем не менее понять, в каком конкретно салоне распечатывали фото, было невозможно. Откладывая фото в сторону, Ёнун заметил очень маленькую надпись в углу на обороте:
– О, а это что?
– Что там?
– 1/3. Так ведь?
– Да. Одна треть…
