Начало третьей песни я честно проспал. Меня распирало, и я отвлёкся на Уэев, пропустив, в итоге, пару аккордов. Впрочем, Джерард зажигал так, что внутри просто не оставалось места для своего волнения. Он был потрясающ – и совершенно не был тем Джерардом, которого я знал. Это немного пугало.
К пятой, финальной песне, танцевали все. Том подпрыгивал за барабанами, Джерард пел, словно заложил душу в ближайшем ломбарде на время концерта, общался с залом жестами и крутил бёдрами, отчего юбка откровенно ходила из стороны в сторону, порой показывая край спортивных шорт. Рэй тряс головой, и его кудри, не слишком ещё длинные, смешно колыхались на голове. Я, пребывая практически в экстазе, прыгал, потому что просто не мог устоять на месте под этот горячий рок-энд-ролл.
Тот момент, когда Джерард вдруг очутился возле меня, я благополучно пропустил. Просто – раз – и он возле меня, тянет за край юбки к себе и смотрит так, что взгляд кажущихся безумными глаз прожигает насквозь и дальше. Мне стоило превеликого труда не слажать и попадать в верные аккорды. О нет, он не делал ничего такого, хотя я, если честно, боялся и ждал этого. Он просто притянул меня к себе поближе, пока пел припев, а затем, поправив мой галстук, съехавший от прыжков набок, отпустил. Он танцующей походкой вернулся в центр сцены, песня заканчивалась, а моё сердце стучало так быстро, что я грешным делом подумал, что сдохну.
Финальные крики Джерарда в микрофон, звон тарелок и скулёж гитары Рэя, – так завершилось наше выступление, плавно перетёкшее в гомон, вопли и аплодисменты из зала, слившиеся в один здоровый снежный ком, несшийся на нас со свистом, закладывающим уши. Поддавшись сумасбродному настроению, мы оставили инструменты и налетели на Джерарда, превращая наши тела в обнимающуюся кучу-малу с ножками, торчащими из юбок.
- Ребята, я люблю вас, – экзальтированно орал Дерек, и в ухе звенело, мы мешали наш пот, нашу радость и усталость, душа друг друга в объятиях и прыгая, словно выиграли матч по бейсболу. Майки, наш замечательный Майки тоже был тут. Он прибежал из-за кулис, едва закончилась песня, поздравляя и едва не пуская слёзы. Он на самом деле достойно отыграл для первого раза.
Расцепившись, мы вернулись, чтобы забрать инструменты и уйти со сцены, а Джерард, подобрав упавший на пол микрофон, сказал:
- Спасибо вам, ребята, за тёплый приём!
Я проходил мимо, думая, что Уэй уже закончил, как тот вдруг снова приложил микрофон к губам:
- И напоследок маленький привет. Бернард, я знаю, что ты где-то здесь. Так вот. Пошёл ты, Бернард!
После этого он оставил микрофон в покое и, послав последний воздушный поцелуй в толпу, позволил мне утащить себя за кулисы.
- В тебя словно бес вселился, – улыбаясь, говорил Майки, переодеваясь. Джерард, сидя на столе как был после концерта – в юбке и рубашке с галстуком, старательно прятал лицо в ладонях и стонал:
- Блять… Бля-ать… Не говорите мне, что я правда делал всё это…
- Ты делал всё это, – Том, изобразив воздушный поцелуй, двинул задницей. В его исполнении это выглядело внушительно.
- Это было круто, Джи, – улыбался Рэй. Он подошёл поближе и похлопал друга по спине. – Не вижу причин, чтобы расстраиваться. Мы отлично выступили.
- Зато я вижу… – простонал Джерард. Я представлял, насколько сильный отходняк его мучает сейчас. Быть кем-то, кем ты не являешься на самом деле, без должного опыта – довольно энергозатратно, я думаю. – Я послал Бернарда… Со сцены… Он меня убьёт.
- Не убьёт, – как можно увереннее сказал я. Ещё бы быть таким уверенным на самом деле. – Это было круто…
- И очень эпатажно, – перебил меня Дерек. – Но пел ты на самом деле отлично. У тебя талант. Я до последнего сомневался, сможешь ли ты. И ты смог.
- Это мой брат, – Майки гордо взъерошил волосы Джерарда, а потом толкнул его в плечо: – Но поцелуй тот идиотский я тебе припомню, придурок!
– Это был не я, – простонал Джерард в который раз, заставляя меня расплываться в улыбке. Уже все переоделись, только я намеренно возился с совершенно мокрой рубашкой, да Джерард сидел в мокрых шмотках и страдал.
- Ладно, кто готов – спускайтесь в зал. Там ещё обещали накормить и напоить бесплатным пуншем. Присоединяйтесь, надо отметить наш фурор, – Рэй взял чехол с инструментом, и за ним, словно за мамой-уткой, потянулся Майки и Том с Дереком. Дверь закрылась.
Минуту, а то и больше ничего не происходило. Джерард так и сидел лицом в ладонях, а я медленно натягивал сухую футболку вместо мокрой насквозь белой рубашки. Потом я зачем-то дошёл до стены и выключил свет.
- Мне холодно, Фрэнки, – тихо простонал он в ладони.
- Тебе нужно переодеться, ты весь мокрый, – ответил я, подходя ближе. Встав рядом, нагло развёл его колени и протиснулся ближе. Он ощутимо вздрогнул, но рук от лица не убрал. Я, пробравшись под ними, ослабил узел галстука и снял его с головы. Тот двусмысленно повис на локтях – осталось затянуть, и у Джерарда будут связаны руки. Я нехорошо усмехнулся своим мыслям. Идиота кусок.
