Сообразив, что никто на него заявление в милицию писать не собирается, глава семейства немного успокоился. Молча нагнувшись, он поднял валявшиеся на полу семейные трусы, натянул их на себя и вновь уселся за стол. Вылив остатки водки в стакан, одним быстрым движением он опрокинул содержимое себе в глотку. Одобрительно крякнув, мужчина занюхал хлебной горбушкой, после чего, проведя рукой по лысой голове, изрек уже более примирительным тоном:
– Да живите как хотите, сучата… – А затем, к величайшему изумлению Сашки, посмотрел на него в упор и спросил о том, о чем никогда до этого у сына не спрашивал: – Ты на кого собираешься пойти учиться, Сашко?
– Не знаю… – оторопело ответил подросток, которого застали врасплох.
– А то у меня новая работенка наклюнулась. Не пыльная, а главное – денежная. Тут в одном городском крематории вакансия кочегара-истопника появилась. Может, тебе там местечко пригреть?
– Нет, – категорично заявил сын, абсолютно не понимая, почему батя посчитал такую никчемную работу хорошим местом.
Сама мысль о том, чтобы жечь людские тела, казалась ему отвратительной. Да и что он скажет пацанам во дворе? Я, мол, трупаки в крематории жгу?
– Я хочу поезда водить в метро, – заявил он первое, что пришло ему в голову.
– Ладно, Сашко, я не настаиваю. Уверен, ты еще передумаешь, – на удивление спокойно заявил Колкин-старший и протянул сыну пачку «Астры».
«Эх, знал бы я тогда, насколько он окажется прав… – усмехнулся про себя Александр, пристально рассматривая рыжеволосую красавицу в косухе. – Ладно, пора и делом заняться».
Он решительно двинулся вслед за компанией незнакомки, которая тем временем уже проходила предварительный милицейский досмотр, прежде чем попасть на Малую Лужниковскую арену. До начала концерта оставалось не более получаса. Звонить Мавру Колкин передумал – старый приятель мог испортить задумку, а упускать такой случай ему не хотелось.
С этой рабыней он попробует дойти до конца…
Горшок, солист группы «Король и Шут», одетый в кожаные штаны и джинсовую безрукавку, но почему-то появившийся сегодня на сцене без привычной всем прически типа «взрыва сверхновой», и второй солист, Князь, целиком облаченный в кожаный прикид, с первых же песен зажарили по полной. Александр на время даже забыл, зачем, собственно, сюда пришел – настолько зажигательно музыканты исполняли композиции из своего нового альбома.
Лишь к четвертой песне, немного придя в себя и с трудом отыскав в беснующейся толпе рыжеволосую незнакомку, он начал потихоньку подбираться к намеченной цели. Та же расположилась прямо перед сценой, почти точно по центру, в окружении своих друзей. Смеясь и дурачась под забойный панк-рок, она самозабвенно отплясывала, старательно подпевая знакомым песням.
Колкин неумолимо приближался. Чтобы органично слиться с гудящей толпой фанатов, а кроме того, по-настоящему войдя во вкус, он принялся старательно изображать некое подобие ритуальных плясок африканских бушменов. В своем неповторимом танце он причудливо извивался, ритмично двигался в такт музыке, не забывая с каждым шагом приближаться к своей заветной цели.
Удивительно, но его старания не пропали даром – вскоре рыжая бестия обратила на него свое внимание. Только этого он и ждал, поскольку дальнейшее было делом техники. Подбирать ключики к женским сердцам – конечно, когда ему это требовалось, – Александр умел виртуозно.
К тому же один эпизод, произошедший на сцене как нельзя кстати, сыграл ему на руку. Гитарист группы, молодой человек с ярко-огненным ирокезом, после окончания одной из песен стянул с себя футболку и, подойдя к краю сцены, метнул ее в толпу фанатов. Десятки рук одновременно взметнулись вверх, но лишь один изловчился поймать ее первым. Благодаря двухметровому росту и длиннющим рукам Колкин ловким движением лишил желанного приза всех остальных любителей поживиться атрибутикой любимой группы.
Повернувшись с довольным видом в сторону рыжеволосой, он галантно вручил футболку несколько оторопевшей девушке.
– Это предназначалось, видимо, тебе – как самой красивой на этом празднике жизни, – чуть наигранно произнес он, вручая сувенир. – Меня зовут Александр. А тебя?
– Галя! – радостно прокричала фанатка «КиШа», стараясь перекричать толпу и первые гитарные аккорды следующей песни.
– Отлично! – выкрикнул в ответ Колкин и тут же соврал на чистом глазу: – Это мое самое любимое имя!
– Ага! – улыбнулась Галина и, уверенно взяв его за руку, прокричала ему в самое ухо: – Пойдем, попробуем подобраться поближе к сцене! Хочу, чтобы ты меня на мой телефон пощелкал на фоне Горшка и Князя!
Фотки вышли смазанные, но это ничуть не испортило настроение Галины. К тому же, как успел почувствовать Александр, от нее попахивало алкоголем. Судя по всему, Галя уже успела немного подзаправиться перед концертом со своими друзьями. Этот факт его немало порадовал, поскольку значительно упрощал предстоящую задумку.
