И действительно, не прошло и пятнадцати минут, как в ее руке завибрировал телефон, издавая мелодию любимой песни.
– Алло, алло! – быстро произнесла она, не зная с чего начать разговор с незнакомым человеком.
– Юля? – прозвучал в динамике уверенный, немного приглушенный мужской голос.
– Да, это я.
– Меня зовут Василий Иванович Кутепов. Когда-то давно я был вашим участковым, но ты меня, скорее всего, не помнишь. Зато я хорошо знаю твоих родителей Клавдию Васильевну и Ивана Афанасьевича. Да и дядю твоего хорошо знаю, отца Игоря. Поэтому можешь смело доверять мне любую тайну. Кстати, как у них дела? – неожиданно сменил он тему разговора.
– Все хорошо, – рассеянно пролепетала Юля, чуть обескураженная напором собеседника. – Только мама в последнее время много болеет, а так у всех все нормально… Но… Василий Иванович, я просила Игоря…
Договорить она не успела, поскольку мужчина ее вновь опередил:
– Юля, Игорь мне все рассказал. Ты, главное, успокойся. Я уже собираю вещи, рано утром буду в Москве. Диктуй свой адрес, в семь мы будем ждать тебя у входа в общежитие.
– «Мы»? – удивленно переспросила девушка.
– Увидишь, – коротко бросил Кутепов. – Диктуй адрес.
Уже с пяти часов утра Юля была на ногах.
Собственно, она практически и не спала. Сначала не могла уснуть – и это несмотря на предыдущую бессонную ночь, потом провалилась в поверхностный сон, но все равно проснулась затемно, намного раньше заведенного будильника. Так и лежала она в темноте с открытыми глазами, с каждой минутой все больше и больше погружаясь в мрачные мысли. В итоге, когда на телефоне заиграла энергичная мелодия, она ощутила себя полностью изможденной и обессилевшей.
Неимоверным усилием воли она заставила себя принять душ, после чего позавтракала – если это так можно назвать – и, чтобы хоть чем-то занять себя до встречи с Кутеповым, взяла с полки монографию по гастроэнтерологии.
Однако тонкости медицинской науки упорно не шли в голову. Мысли о белобрысом преследователе, поджидающем ее там, за окном, упрямо уводили ее в сторону от науки. Вместо чтения она лишь то и дело поглядывала на часы. «Уже без пяти семь, а Василий Иванович до сих пор не позвонил. Может, он не приедет? Мало ли какие могли возникнуть обстоятельства. – От этой мысли ей стало совсем тяжко, а в груди появилось гнетущее чувство тревоги. – Может, мне самой ему позвонить?»
Она схватила телефон. «Абонент временно недоступен. Пожалуйста, перезвоните позднее», – с холодным равнодушием прозвучало в трубке. Эта простая фраза окончательно добила и без того удрученную страдалицу.
Юля подошла к окну и тоскливо посмотрела вниз. Май набирал обороты. Люди спешили по своим делам, торопливо шагая по асфальтовой дорожке в направлении автобусной остановки. Никому не было никакого дела до ее страхов и тревог. «Ладно, Юля, хватит нюни распускать, – обратилась она к своему отражению в окне. – Иди-ка лучше на улицу, постой там да свежим воздухом подыши. А приедет Кутепов или нет, какая теперь разница? Все равно на учебу ехать надо, и так уже день пропустила».
На улице было хорошо. Ярко светило солнце, прогревая теплыми лучами озябшие за ночь кусты и деревья. На ветках зеленели листочки, а птицы, словно стараясь перекричать друг друга, задорно пели свои радостные песни.
Однако она поглядела на это весеннее благоденствие, и ей стало еще больше не по себе. Странное, тягостное предчувствие бетонной плитой сдавило грудь, не давая возможности глубоко вдохнуть. Ей казалось, что маньяк уже выследил ее и добрался до общежития, а теперь только и ждет подходящего момента, чтобы исподтишка напасть на нее. «Я так больше не могу…» Петровой хотелось рыдать – настолько ей было жалко себя.
И тут она ощутила на себе чей-то пристальный взгляд, словно дикий зверь наблюдал за ней из кустов. Юля насторожилась и, замерев, прислушалась: из ближайших зарослей сирени раздавались подозрительные шорохи и хруст. «Там точно кто-то есть!» – испуганно подумала она, уже представляя страшные картинки.
Перепуганная молодая женщина приготовилась было бежать обратно к общежитию, но в этот момент кусты зашевелились, сочная майская листва разверзлась, и наружу высунулась… огромная собачья голова. Широко разинув пасть и громко гавкнув, огроменная псина неспешно выбралась из зарослей наружу. Это была очень крупная собака с густой шерстью белого цвета и небольшими соломенными подпалинами на животе. Высунув из пасти длинный красно-розовый язык, она часто дышала и без малейшей злобы, скорее даже с интересом, смотрела на девушку.
Юля застыла на месте, не зная, что делать дальше, – собак она боялась еще с детства. Но не прошло и секунды, как кусты вновь зашевелились, снова громко затрещали ломающиеся ветки, и на дорожку вышел высокий грузный мужчина с короткой стрижкой. С густой седой бородой и шикарными «генеральскими» усами он выглядел весьма импозантно. На нем была военная камуфляжная форма, а за спиной висел рюкзак защитного цвета.
