Проклиная каждую ступень, Савьер кое-как спустился по лестнице и добрался до своей комнаты. Под дверью сидела Хести – на ее лице не было привычного задиристого выражения. Она подняла на него серебристые глаза и спросила:
– Снова был в башне?
– И не только я. Он вызывал одну из жриц.
– Я знаю. – Хести встала. – Открывай дверь, калека, я хочу спать.
– Ты не будешь спать в моей постели, – возмутился Савьер.
– Я буду делать все, что захочу, – отмахнулась эльфийка.
– Нас отправляют в Тихое Место.
– Где это?
Они вошли в комнату и, пока Савьер пытался запереть дверь, Хести рухнула на кровать и накрылась одеялом.
– Ну, калека, ответь мне, – донесся до него ее приглушенный голос. – Это далеко отсюда?
– Достаточно далеко, – уклончиво ответил Савьер.
Он сел на единственный во всем замке удобный стул, обитый мягкой тканью, и выпрямил ногу – та горела огнем.
– Что ты делаешь? – Из-под одеяла показалась лохматая голова Хести.
– Разминаю мышцы, – ответил Савьер, осторожно надавливая на больное место пальцами.
– Дай-ка.
Хести выскользнула из постели и приблизилась к нему. Присев на корточки, она бегло ощупала его бедро, сложила пальцы в странном жесте, произнесла несколько слов по-эльфийски и приложила ладонь к горящей ноге. Савьер тут же ощутил облегчение и не смог сдержать удивленный вздох.
– Но как…
– Мы умеем не только разрушать. – Хести пожала плечами. – Скажи, если она снова будет болеть, я помогу.
– Зачем ты это делаешь?
Эльфийка смерила его странным взглядом и сказала:
– Не могу же я вечно смотреть на твои мучения, у меня тоже есть сердце. Давай, доставай свою глупую игру.
– Шахматы? – Савьер усмехнулся. – Так тебе понравилось!
– Вовсе нет! Просто здесь можно сдохнуть от скуки. Лучше бы ты играл в карты.
– У тебя есть колода? – Савьер подался вперед. – Принеси!
– В другой раз, – пообещала Хести. – А теперь доставай доску!
Они прошли под землей несколько километров. Фэй то и дело цеплялась головой за опоры и ругалась, за что получала ощутимые тычки от надзирателя. Угрюмые Барниш и Ливр замыкали процессию, волоча за собой мешки с инструментами.
В гулкой тишине было слышно только тяжелое дыхание мужчин. Где-то капала вода. Ромэйн казалось, что она очутилась в пещере – вокруг стало темно и холодно, эхо их шагов отражалось от стен.
– Продолжайте работать, – приказал надзиратель.
Он дождался пока мужчины возьмутся за инструменты, пихнул Фэй, плюнул ей под ноги и отошел подальше – уселся на низкий грубо сколоченный стульчик и принялся точить кинжал.
Ромэйн с ненавистью опустила кирку и зажмурилась, чтобы каменная крошка не попала в глаза.
Проклятые солдаты, проклятый Лаверн, проклятые…
– Так ты растратишь все силы еще до рассвета, – тихо сказала Фэй. – Работай помедленнее.
Они провозились под землей несколько часов, прежде чем кирка Барниша вдруг со звоном отскочила в сторону. Ромэйн нервно оглянулась и увидела, что их надзиратель уснул.
– Что там? – тихо спросила она, подбираясь поближе к Барнишу.
– Понятия не имею.
– Похоже на люк, – заметил Латиш.
– Люк?
Фэй и Ромэйн присели рядом с металлической крышкой и принялись осторожно разгребать землю вокруг. Спустя некоторое время они сами поняли, что перед ними не просто старый артефакт, а круглая дверь.
– Что будем делать? – шепотом спросила Фэй.
– Откроем ее, – просто ответил Рин. – Давай я…
Стражница фыркнула, налегла на круглую ручку и та, скрипя, поддалась. Ромэйн оглянулась, но надзиратель не шевелился – так и спал, откинувшись на стену и открыв рот.
Подняв крышку люка все принялись всматриваться в темноту открывшегося прохода. В тусклом свете масляной лампы они разглядели ступени, круто уходящие вниз.
– Это наш шанс, – сказал Рин, – мы должны сбежать.
– Но мы даже не знаем, куда ведет этот проход, – запротестовала Фэй.
– Любое место лучше каторги, – резонно заметил Латиш. – Я согласен с этим странным типом.
– Я хочу забрать свой кинжал. – Ромэйн встала.
– Он может проснуться, – прошипел Ливр, – сдалась тебе эта безделушка.
– Это не просто безделушка! – Ромэйн упрямо замотала головой. – Если за нами отправят погоню, нам не помешает оружие.
– В чем-то она права, – неожиданно согласился Барниш. – Иди, забирай свою игрушку.
Ромэйн на цыпочках приблизилась к надзирателю и медленно потянулась за кинжалом, зажатым в его пальцах. Оружие почти выпало из них, достаточно всего лишь потянуть и…
Мужчина открыл глаза и уставился на нее. Ромэйн выхватила кинжал из расслабленных пальцев и приставила острие к горлу надзирателя.
– Побе…
Он не успел договорить – лезвие без труда вошло в его плоть, мужчина захрипел, схватился за горло и упал на землю. Еще некоторое время он издавал противные булькающие звуки, а затем затих.
– Никогда не мешкай.
Рин разжал пальцы, которыми обхватил руку Ромэйн, и пошел к люку. Она проводила его взглядом и сглотнула.
Убила человека. Пусть не сама, пусть ее руку направлял Рин, но убила!
Ее начало тошнить.
– Ромэйн? – Фэй положила тяжелую ладонь на ее плечо. – Ты пойдешь с ними?
