Ему всегда хотелось заботиться о Тет. Это желание она выжгла в его мозгу раскаленным клеймом. И сейчас это желание, нет, потребность, была направлена на Ромэйн.
Выбравшись из воды, Хэль быстро оделся, отжал длинные волосы и быстрым шагом углубился в лес. Там, скрывшись от чужих глаз, он присел на землю и закрыл глаза. Тонкое демоническое чутье сразу же привело его сознание к прекрасному созданию – молодому оленю, мирно пасущемуся неподалеку.
Усилием воли Хэль заставил животное приблизиться. Он открыл глаза, светящиеся алым, и поманил оленя к себе. Очарованный демонической аурой, олень подчинился и позволил погладить себя по мягкой шерсти.
Хэль резко схватил его за шею, и та с громким хрустом сломалась. Тонкие ноги животного подогнулись, он рухнул на землю. Довольный собой, Хэль закинул тушу на плечо и как ни в чем не бывало отправился к их крошечному импровизированному лагерю.
– Что б меня, – выругался Латиш. – Ты еще и охотник?
– Это было легко, – отмахнулся Хэль. – Животные любят меня.
– Ты воспользовался доверием и убил его? – Мирай с призрением посмотрел на него. – Без оружия?
Хэль мысленно выругался. И как им объяснить, каким образом он свернул оленю шею? Нужно было воспользоваться кинжалом, который ему купили в городе.
– Он лежал на земле, я просто напал на него и задушил, – медленно сказал Хэль.
– Вдруг он болен? – подозрительно спросила Фэй.
– Горячее больным не бывает! – заявил Латиш. – Давайте его разделаем, ребята, здесь мяса хватит на несколько дней!
– Мы все не съедим, придется оставить часть догнивать на солнце, – заявила стражница.
Пока Барниш и Латиш спорили о том, как правильно разделать тушу, Хэль заметил, что Ромэйн присела рядом с мертвым оленем и осторожно погладила его по бархатистому носу. Не сдержавшись, он присел рядом и спросил:
– Тебе его жаль?
– Очень, – тихо ответила Ромэйн.
– Но он накормит нас, значит, умер не зря. Разве охотники не всегда…
– Нам бы хватило пары уток, – прервала его Ромэйн. – А это мясо мы все равно не сможем забрать с собой. Охотники обычно берут столько, сколько смогут съесть, как и дикие звери.
Тет никогда никого не жалела. Ожесточит ли сердце Ромэйн ее сила, отныне заточенная в ней? Сможет ли она так же жалеть живых существ спустя несколько лет? Как вообще повлияет на девчонку слияние с одним из сильнейших демонических генералов?
– У тебя очень доброе сердце, – хрипло сказал Хэль.
– Доброта нынче не в почете, – с сожалением в голосе ответила Ромэйн. – А тебе, тебе жаль его?
«Ни капли», хотел ответить Хэль, но вместо этого произнес:
– Да.
– Выходит, твоему сердце доброта тоже не чужда.
Она встала и отошла к костру. Он проводил ее задумчивым взглядом.
Доброта? Ему не чужда доброта?
Впору было рассмеяться, но ему почему-то было не до смеха. Сколько будет продолжаться эта игра? Как долго он сможет скрывать свою истинную сущность? Рано или поздно сила Тет пробудится, и девчонка придет к нему, чтобы узнать, что делать, и что он ей скажет?
– Ромэйн!
Она обернулась.
– Ты ничего не спросишь о татуировке? – спросил Хэль.
– Пока нет, – ответила она. – Но однажды…
Он кивнул.
Чем ближе они подходили к Синей Крепости, тем реже встречали зверей и птиц. Местность вокруг будто вымерла, после нападения эмпуссий в округе не осталось никого живого.
Ромэйн гнала от себя тяжелые мысли. Если Райордан не соврал, ее мать может быть жива, а это значит, что они просто обязаны попытаться спасти ее.
О смерти отца она старалась не думать, прогоняла прочь ужасные картины, которые подсовывало воображение.
Фэй становилась мрачнее с каждым шагом. Ее и без того угрюмое лицо превратилось в маску – брови нахмурены, рот сжат в тонкую линию. Она ничего не говорила, но Ромэйн знала, что ей с самого начала не понравилась эта затея.
– Замок могли кому-то передать, – сказал Райордан, нагнав Ромэйн. – Там наверняка есть люди.
– Значит, нам нужно проникнуть туда незамеченными, – ответила она.
– Такой толпой? Разумнее было бы разделиться.
– И кто должен пойти?
– Точно не ты.
Ромэйн вопрошающе уставилась на Райордана и тот пояснил:
– Я лично нарисовал твой портрет и велел искать тебя.
– Прекрасно, – проворчала Фэй.
– Тебя я тоже нарисовал, – не без гордости сообщил Райордан.
– Да что ты? – Фэй посмотрела на него так, будто готова была начать драку.
– Успокойтесь! – велела Ромэйн. – Если тебя в крепости уже знают, ты нас туда и проведешь.
– Я надеялся остаться в стороне, – пробормотал Райордан.
– Какой же ты трус! – не выдержала Фэй.
– Я не трус! Я просто хочу дожить до старости!
– Если Лаверна не остановить, никто из нас не доживет, – примирительно сказала Ромэйн. – Скажешь, что нашел нас, проникнем в замок и я проведу вас в темницу.
– Позвольте мне пойти с вами.
Хэль, как обычно, появился словно из ниоткуда. Он мягко улыбался краем рта и смотрел так пристально, что Ромэйн стало неловко.
– Ты только усложнишь нам задачу, – сказала она, стараясь вложить в голос как можно больше уверенности.
– Поверь, я не буду обузой.
