В начале 1942 года в Южную бухту пробралась малая немецкая субмарина, аналог нашей «малютки». Она попала в западню. Боновые, сетевые заграждения на входе в бухту закрыли и начали долбить эту лодку глубинными бомбами, постепенно сужая круг бомбометания. Немцы не выдержали и всплыли. Когда наши моряки на шлюпках подошли к подлодке, чтобы пленить экипаж, они услышали выстрелы, раздавшиеся внутри корпуса субмарины. Весь немецкий экипаж, 21 человек, застрелился, но в плен не сдался…
И только не надо говорить, что у немцев в то время не было подводных лодок на черноморском театре боевых действий! Эту лодку подняли на сушу и выставили на обозрение жителей и участников обороны, на Графской пристани. Кто еще из севастопольцев жив, должен помнить это эпизод.
Вы участвовали в двух так называемых военно-исторических конференциях, в 1961 и в 1966 году, посвященных обороне города. Там Вы встречали многих бывших защитников Севастополя, общались с ними и владеете большой информацией, имеющей, по моему мнению, историческое значение. Есть несколько вопросов, на которые до сих пор не дан точный и однозначный ответ. Первый вопрос — известны ли факты, что кто-то из последних участников обороны города прорвался к партизанам в Крымские горы в июле 1942 года?
Второй вопрос — как складывались судьбы участников обороны города в плену? Об этом написано крайне мало в официальных источниках. И третий вопрос — судьба 427-го медсанбата в инкерманских штольнях?
Никогда я не слышал о счастливчиках, прорвавшихся к партизанам в начале июля 1942 года. Там невозможно было прорваться. Немцы и днем, и ночью контролировали каждый сантиметр земли к северу от Севастополя. Был слух, что прошла группа из пяти человек во главе с военфельдшером Браславским, но это только слухи. Понимаете, нас на этих конференциях было почти две тысячи человек, и всех участников распределяли по секциям, согласно роду войск. Я видел только несколько бывших партизан, моряков ЧФ, но все они присоединились к партизанам только после побега из плена, а один бывший «оборонец» был заброшен в Крым в составе воздушного десанта. Был один моряк, который спасался из Севастополя на плоту вместе с тремя товарищами. Их плот прибило к ялтинскому берегу. Эта группа долго скрывалась среди местных жителей, и позже влилась в партизанский отряд. В книге Сажина в свое время было написано, что седьмая крымская партизанская бригада Вихмана состояла из бывших участников обороны города, но это утверждение не совсем верное. Лейтенант Леонид Вихман воевал, как и я, в «осиповском» полку морской пехоты, и он перешел к партизанским действиям еще осенью 1941 года, когда под Симферополем вместе со своим взводом попал в окружение.
Да и вообще, история крымских партизан тоже одна из самых трагических страниц войны. Их, партизан, летом 1942 года было всего триста человек на весь Крым. Они умирали от голода, у них не было боеприпасов, их постоянно преследовали и безжалостно истребляли не только немецкие солдаты, но и батальоны, созданные из предателей, крымских татар. Одним словом, я никогда не встречал людей, которые пробились к партизанам из Севастополя в июле 1942 года.
По поводу попавших в плен. Как люди попали в плен, написано и рассказано много. Что добавить… Я слышал от одного товарища, что он в составе группы пленных моряков был вывезен в Северную Италию. Из этой группы выжили многие. Но когда их везли в эшелоне, немцы распяли за попытку к бегству на каждом вагоне по одному моряку, прибив их гвоздями к дверям вагонов!
В начале третьего наступления немцы в плен моряков не брали, но когда в июле в их руки попали десятки тысяч людей, то пленных в матросской форме уже на месте не расстреливали. Это потом, в лагерях, если охрана видела на пленном тельняшку, то сразу зверела и часто убивала бывшего моряка. Слишком много мы немцев в севастопольских боях на тот свет отправили, вот они и бесились… Сразу расстреляли евреев, тех, у кого была типичная внешность. Позже, в Бахчисарае и в Симферопольской тюрьме, немцы провели повторную чистку, выявляя евреев и политруков. Отобрали пять тысяч человек. Бросили их за колючую проволоку и две недели не давали еды и воды. Потом добили тех, кто еще был жив, из автоматов. Никто не уцелел…
