– Мар… Мы закрепили связь, и он меня прогнал, выкинул из своей жизни как грязное белье…
Горло опять сдавило, а глаза защипало. Лея подставило лицо солнцу, несколько раз глубоко и медленно вдохнула, еще медленнее выдохнула и попросила:
– Джерри, я не хочу ни с кем разговаривать. Хочу поспать. Ты не могла бы разбудить меня, когда возобновятся состязания… И не рассказывай никому про нас с Маром…
– Конечно, – грустно вздыхая, откликнулась Джерри. Она погладила подругу по плечу, и та скрылась в своей палатке.
Закрыв глаза, Лея практически сразу провалилась в спасительное забытье, но успела услышать злые слова подруги:
– Неужели все драконы бараны?
Странно было слышать такие обвинения в адрес мужчин от Джерри, ведь она была неунывающей ни при каких обстоятельствах, вечно смеющейся драконицей.
«Неужели Мару удалось сломать даже ее?» – с горечью подумала Лея засыпая.
Состязания возобновились после обеда. Как ни старалась Джерри накормить Лею, та так и не притронулась к еде. На стадионе девушка немного ожила, с интересом наблюдая за выступлениями. Но это был не день Красных.
Данрик, сильный дракон земли, вышел на арену первым. Он легко на глазах у изумленной публики вырастил из семечка редкий и привередливый шарши. Считалось, что это растение можно встретить только высоко в горах, а цветет оно раз в сто лет при температурах около нуля. Легенды гласили, что те, кому посчастливилось увидеть это чудо, обязательно обретут истинную пару, а те, кому уже повезло, будут счастливы в своей связи.
Дану удалось заставить шарши расцвести. Это было невероятно. Но сам цветок выглядел довольно блекло: грязно-зеленая серединка пряталась между узкими коричневыми лепестками. Стебель и листья шарши были чем-то средним между укропом и морковкой. Так что внешний вид этого легендарного чуда подвел Дана.
Зато Вольрику из команды Черных удалось поразить зрителей! Легко и непринужденно этот сильный телекинетик заставил их летать. Не всех. Выборочно. Сначала счастливчики испугались и в панике смешно замахали руками и ногами, но покружившись в воздухе над головами своих друзей и близких минут пять, они сориентировались и пришли в неописуемый восторг. Провожали Вольку шквалом аплодисментов.
За Вольриком вышел Лаврик, он тоже был драконом земли, как и Дан, но не стал тратить силы на редкие растения. Он поиграл с газоном арены, который изрядно вытоптали лошади, а после и участники соревнований. По его воле газон сначала стал ровным, зеленым по всей своей площади без проплешин от конских копыт, затем по краям трава устремилась в рост, стебли стали изгибаться как змеи, закручиваться как торнадо, сплетаться в причудливые узоры. Зрители только и успевали, что охать и ахать.
Баррике с ее телепатией было трудно выходить после такого триумфа, простого с точки зрения силы и великолепного в разрезе зрелищности. В отличие от Феда, Баррика не приготовила ярких и крупных аксессуаров и не смогла сделать шоу из своего испытания. Она угадывала имена зрителей, их возраст, профессии. Ни разу не ошиблась, но смотреть на это было скучно.
Положа руку на сердце, Лея должна была признать, подготовились Черные лучше.
– Блин, нужно поучиться у соперников в организации индивидуальных выступлений, – пробормотал сидящий рядом Звездарик, у которого все переломы за два дня срослись, и он чувствовал себя уже настолько хорошо, что пришел поддержать ребят. Все-таки регенерация у драконов отменная.
«Жаль, с сердцем так не работает», – подумала Лея.
Когда судьи объявили, что победа в этом состязании достается Черным, девушка не удивилась и, конечно, не удивилась она победе Мара в индивидуальном зачете.
Как бы она ни относилась к этому самовлюбленному бездушному дракону, он в своем владении стихии был великолепен. Но каждое воспоминание о нем будто отправляло ее сердце прокручиваться в мясорубке, а в этом случае на раны еще и посыпали солью из мук совести и стыда перед командой. Если бы она не поддалась, у Красных был бы шанс.
Под насмешки Черных команда Леи покинули амфитеатр, повесив носы. Молчаливой шеренгой они шли к своим палаткам, чтобы собрать вещи и вернуться в город, Лея брела последней. Даже Джерри не выдержала слишком унылого вида подруги и, попрощавшись, сбежала в общежитие. Зато неожиданно к Лее подошел Рорик. Пожилой ректор по-доброму улыбнулся девушке, его мудрые, немного хитрые глаза будто в душу заглядывали, а вопрос заставил Лею усомниться, не телепат ли он.
– Милая, не стоит корить себя во всех бедах разом…
Девушка не знала, как много знает Рорик или, возможно, только подозревает, поэтому ответила как можно более нейтрально:
– Я подвела команду. Мы могли бы победить, но именно я лишила Красных награды. Мое выступление должно было быть сильнее.
Лее было особенно муторно на душе из-за того, что она лишила товарищей шанса ради прожженного эгоиста.
Рорик по-отечески потрепал юную драконицу по плечу и заметил: