- Гиссарико Комуро. (По разочарованному взгляду Полины я поняла, что она снова запомнила не более трёх букв) Но мы пообщаемся позже, сейчас нужно помочь попавшему в беду человеку. Возможно из-за меня... Ты можешь открыть ворота?
- Дорогая Гис, пионер обязан помогать каждому попавшему в беду товарищу, но сперва об этом нужно сообщить вожатым.
- Некогда, Полина, он может погибнуть, или уже погиб. Он там, на площади! Открывай ворота скорее!
- Успокойся, пожалуйста... Посмотри на меня. Так. Хорошо. Вдохни три раза, закрой глаза и постарайся рассказать, что произошло.
- Ты не понимаешь! Не до рассказов сейчас!
- Нет, Гис, это ты не понимаешь некоторых правил, о которых я тебе обязана сообщить. Первое и самое главное правило – запомни его – что бы ни случилось, мы не имеем права без сопровождения вожатых выходить за территорию лагеря. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Ни днём, ни ночью. Это правило номер один для всех пионеров. Ты позже поймёшь, почему оно так важно, а сейчас просто запомни это. Посмотри на меня, Гис. И скажи, что поняла. Пожалуйста.
Я устало кивнула в знак согласия. От слишком сильного нервного напряжения у меня начала болеть голова, и я побаивалась, чтобы не начался приступ.
- Вот и хорошо, а остальное тебе расскажут вожатые. Сейчас мы пойдём в административный корпус, и ты спокойно расскажешь обо всём случившемся. Вожатые вызовут милицию и во всём разберутся.
- Но если будет поздно, если его убьют?
- Гис, я понимаю, ты переживаешь за своего друга, но ты еле на ногах стоишь, тебя к врачу нужно отвести, а ты за преступниками гоняться решила. Подумай сама, даже если всё что ты говоришь – правда, что ты сможешь сделать против них голыми руками? А если их пять или даже десять человек?
- Они не люди, я слышала вой...
- Гис, прекрати фантазировать. В этом лесу не то что волков, даже белку не встретишь. Мы в пятидесяти километрах от центра города. Пойдём, тебе нужно отдохнуть.
Мне и правда, нужно было отдохнуть. Голова болела и кружилась. Но я всё же подошла к воротам и выглянула сквозь решётку. Улица была пуста. Никаких людей, волков и кошмарных монстров. Я осмотрела замок. Автоматический.
- Полина, а ключи у тебя?
- Нет, Гис, ключи только у вожатых. Они поручили мне тебя встретить, открыли замок, а когда ты вбежала, я захлопнула калитку, и он защёлкнулся автоматически. Так что в любом случае, сейчас ни ты, ни я не сможем выйти, даже если бы захотели. Ну что, идём в медпункт или к вожатым? Они тебя зарегистрируют и поселят в домик. Ты сможешь сама идти?
Меня начинало тошнить, но я кивнула. Полина помогла мне застегнуть рюкзак, в котором, к счастью, остались документы, и мы отправились по узенькой дорожке, уводящей вглубь лагеря. Только сейчас я рассмотрела свою новую знакомую как следует. Худенькая, лет 15. Шелковистые, аккуратно расчёсанные до плеч светлые волосы заканчивались спереди короткой чёлкой. Одета она была в пионерскую форму с красным галстуком на шее. Как выглядела пионерская форма в СССР, я тоже знала по картинкам из учебников.
Идти почему-то становилось всё тяжелее. Приступ готов был вот-вот начаться, и я могла потерять сознание. Ещё и эта проклятая жара! Мне нельзя нервничать и перенапрягаться, не то, что бегать кроссы. Чтобы не испугать Полину, я осторожно сказала:
- Давай всё же заглянем в медпункт ненадолго. Хочу таблетки кое-какие попросить, мои в чемодане на остановке остались.
- Конечно, Гис. Здоровье превыше всего. Пионер обязан следить за своим здоровьем! А за чемодан не волнуйся, его вожатые найдут. Здесь чужих нет, а местные не тронут, поймут, что кто-то из пионеров оставил.
Мы свернули на тенистую дорожку и вскоре оказались у дверей аккуратно выкрашенного золотистой краской двухэтажного деревянного домика с огромным красным крестом на двери. Едва мы успели переступить порог, как всё поплыло перед глазами. Туман начал клубами заволакивать голову. Сквозь полусон я почувствовала, как меня подхватили чьи-то сильные руки, затем куда-то повели, точнее понесли. Свет, какие-то голоса. И провал в бездну пустоты...
*
Не знаю, сколько времени прошло. Вокруг меня был яркий белый свет и никого. Я будто плыла по течению огромной реки, не в силах пошевелиться. Постепенно среди света я начала различать силуэты, появился звук. Голоса говорили на повышенных тонах. Вначале я ничего не могла разобрать, но вскоре стала понимать слова:
- Ты где должен был её ждать?
- У ворот лагеря.
- А где находился?
- Но петля!
- А чем ты думал? Своими кошачьими мозгами? Ты должен был предусмотреть возможность петли! Ты хоть понимаешь, КАК всё это могло закончиться? Понимаешь, какую ответственность мы несём за неё? Будешь лично товарищу Генде докладывать!
Я пошевелилась и, наверное, застонала, так как разговор прекратился. Вскоре туман окончательно рассеялся, и я увидела двух человек, пристально глядящих на меня. Один из них держал меня за руку и мерил пульс, затем достал фонарик и посветил в глаза. Я зажмурилась.
- Отлично, Гиссарико. Ты пришла в себя. Что-нибудь помнишь?
