– Говорят, у тебя есть брошь, которая всем нужна? Отдай мне её. Я тебя и отпущу. И жизнь сохранишь, и от заботы избавишься.
Не сохранит. Это он от неё избавится, едва заполучит «Красного кардинала».
– Я не убивец. – Штык поднял нож и медленно провёл ледяным лезвием по щеке Вари, заставляя её зажмуриться и затаить дыхание. – Да и ты всяко не воровка. Потому…
На том фраза оборвалась, а Штык вдруг дёрнулся и осел назад, вмиг обмякнув, как набивная кукла.
Ножик со звоном выпал из его руки на дорожку.
Варя же вырвалась и отпрянула, готовая бежать прочь без оглядки. Лишь бы не поскользнуться на мокрой листве.
– Варвара Николаевна! – окрик Якова заставил её остановиться и оглянуться.
Юноша возвышался над распростёртым на земле Штыком, лишённым всяких признаков жизни. В руках он держал увесистую ветку, надломившуюся в месте удара о голову Штыка. Яков дышал тяжело и надрывно, с присвистом, будто мчался к ним со всех ног. Его кудри растрепались, а глаза горели каким-то безумным, безудержным блеском.
– Вы целы? – выдохнул он, с трудом переводя дух.
Воронцова отрывисто закивала. На всякий случай провела рукой в перчатке по щеке в том месте, которого касалось лезвие, но крови не обнаружила.
Яков выдохнул долгим, протяжным вздохом и уронил ветку.
Варя накрепко обхватила руками плечи, чтобы побороть мелкую дрожь. Она кивнула на бездыханного Штыка.
– Умер?
– Оглушён. – Юноша коснулся его носком грязноватого ботинка. – Скоро очухается. Вам лучше уйти.
– И бросить его тут? Он тогда опять может вернуться за мной. – Варя нахмурилась, проследив взглядом, куда повернул голову Яков в растерянности. – В Неву тоже нельзя. Утопим.
– Он хотел вас убить, – напомнил юноша.
– Счастье, что вы оказались неподалёку. – Варя на безопасном расстоянии обогнула Штыка и приблизилась к Якову. Прищурилась. – Вы следили за ним? Или за мною?
В ответ Яков покачал головой и слегка сконфуженно вымолвил:
– Скорее уж он следил за мной. Или вовсе явился ещё раньше. Я понятия не имел, что он поблизости. Гулял внизу у воды и размышлял о том, удастся ли вам улизнуть из института одной, когда вдруг услышал ваш крик. Сразу вспомнил про ту записку из конторы Давыдова. Думал, опоздаю.
Он переступил с ноги на ногу, глядя куда-то в сторону. В пространство промеж унылыми, осенними деревьями.
Варя склонилась над Штыком. Она заметила выступившую на голове кровь, которая стекала тонкой струйкой на землю. Но негодяй по-прежнему дышал.
– Он мне угрожал, – Воронцова показала на валяющийся тут же нож. – Требовал отдать брошь в обмен на мою жизнь. Но смею предположить, что он бы убил меня сразу, едва получил её, чтобы я не рассказала никому о нём самом. – Варя удивилась тому, сколь легко подобные ужасы слетели с её губ, а дрожь прошла почти полностью. – Штык упомянул арест Давыдова сегодня утром. Это правда?
– Не могу сказать. Я со вчерашнего бала сбежал сразу, как вас забрали, и направился к себе. – Он кашлянул в кулак, чтобы не уточнять подробностей. – А утром немного выждал, прежде чем прийти, потому новостями не располагаю. Простите. Однако мне известно про вчерашний выстрел. Я был в кухне, когда это случилось. Там шумно, оттого мы не сразу поняли, что стряслось, когда прибежавший лакей начал размахивать руками и рассказывать о происшествии. – Яков наконец повернулся к ней и досадливо свёл вместе брови. – Вы для чего так собой рисковали, Варвара Николаевна?
Губы Воронцовой приоткрылись от изумления быстрее, чем она успела с собою совладать. Догадка, поразившая её в самое сердце, оказалась скорой и бесконечно приятной.
– Так это что же, вы сегодня явились потому, что беспокоились обо мне? – Она почувствовала, как запылали щёки. – Вы ведь страшно рисковали, придя сюда. До сих пор рискуете.
Юноша пригладил кудри рассеянным жестом и, слегка насупившись, нехотя возразил:
– Конечно, я беспокоился. – Он придал лицу нарочито надменный вид и горделиво вскинул подбородок. – Вы мне заплатить обещались за помощь. Если с вами что-то случится, кто со мной рассчитается?
Сдержать тёплую, озорную улыбку Воронцовой не удалось. Да она не очень-то и старалась.
– Я вам заплачу, раз дело в одних лишь деньгах, – ответила она с лукавым прищуром.
Яков дёрнулся. Подался к ней и уже руку протянул, чтобы коснуться её ладони. Приоткрыл губы для очередного возражения…
Но тут в саду неподалёку раздались женские голоса. Слов было не разобрать. Быть может, это её искали под моросящим дождём, обнаружив пропажу. Или же кто-то попросту шёл через сад по своим делам.
Варя вздрогнула. Её взгляд заметался в поисках всех возможных вариантов развития событий.
– Господи, спаси и сохрани! – пробормотала она, крутанувшись на месте. Приметила нож. Потом сломанную палку, которой Яков оглушил Штыка. Затем развернулась к самому юноше. – Вам нужно уходить. Немедля.
Она подхватила палку. Та оказалась тяжёлой, но не настолько, чтобы девица не смогла её поднять.
– Яков! – горячо зашептала она. – Не стойте же столбом! Уходите! По набережной к монастырю, а оттуда в город! Да поскорее!
– А вы…
