— Присаживайтесь, присаживайтесь! Рассказывайте, что вам удалось узнать! Я сгораю от любопытства! — воскликнул Джулио, бросая шляпу на низкий бархатный пуфик. — Начните с самого начала, да. Может, воды? Или вина?
— Вино подойдёт.
Заметив удивлённый взгляд Смирнова в сторону араба, профессор улыбнулся.
— А, да, это мой ассистент. Мухамед. Он нам поможет в поисках.
— Добрый день, — поздоровался Филипп.
Араб кивнул, отходя в сторону и присаживаясь на стул у окна.
Смирнов достал из сумки папку с копиями текстов свитков и сел на светлый диван, наблюдая, как профессор достаёт из холодильника бутылку вина, наливает его в бокалы и садится в кресло напротив, ставя напитки на столик перед писателем.
Начав рассказ, Филипп подробно изложил свои предварительные выводы, выделяя ключевые моменты, пролившие свет на религиозные аспекты содержания текста.
Профессор слушал с неподдельным интересом, в его глазах мелькало любопытство.
— Значит, вы уверены, что в гробнице Каср аль-Фарид находится… — он запнулся и облизнул пересохшие губы, — посох Моисея?
— Да. Всё на это указывает, — кивнул писатель, бросив взгляд на молчаливого Мухамеда. Он сидел, внимательно смотря на беседовавших, но заинтересованности в разговоре заметно не было, скорее пристальное и напряжённое наблюдение. — Первый свиток повествует о царе Набатеи и как государство начало удивительным образом развиваться, когда появился Ясон, — продолжил Смирнов. — Первосвященник передал Арете некий жезл, который для набатеев стал манной. Третий свиток как бы завершает это повествование, говоря о закате империи и строительстве гробницы. Но текст второго свитка был словно вырван из контекста, в нём излагался совершенно другой сюжет, случившийся за несколько веков до событий в Набатее. История пророка Моисея.
— Хм. Ясно… ясно.
— Так вот. Я всё думал — какая связь между Набатеей и Моисеем? Но потом вдруг понял! Сюжет об исходе иудеев из Египта наполнен… м-м-м… скажем, невероятными чудесами.
— Верно! — оживился Феранси. — Моисей добывал воду из скалы, разделял Красное море на части, чтобы его народ перешёл по дну, обращал врагов в бегство.
— Именно так! Очевидно, пророк творил подобные чудеса благодаря божественному вмешательству. Но вернёмся к Ясону. В тот момент, когда он бежал из Иерусалима, там было неспокойно. Вера и традиции местного населения подвергались гонению, храм осквернён. И я предположил: в Иерусалиме могло находиться нечто, сохранившееся там со времён Моисея. И именно это Ясон пытался спасти, покинув город.
— Но почему вы так решили? На подобное в тексте ничего вроде бы не указывает.
— Потому что как только Ясон оказался в Набатее, это государство неожиданным образом стало процветать. Они занялись строительством удивительных городов в скалах, успешно отражали набеги соседних племён, захватывали территории. С чего вдруг такие перемены? И тут я обратил внимание на одну фразу в первом свитке. Ясон передал Арете жезл! — Филипп глотнул вина. — Вкупе со всей хронологией — что это за жезл, как не посох Моисея, которым он, собственно, и творил все чудеса!
— Да-да… логично! — Феранси поправил очки, сползающие на нос. — Посох… — медленно произнёс он. — Посох… невероятно! Продолжайте.
— Я изучил все источники, где есть упоминание жезла: Ветхий Завет и Коран. Исход из Египта никогда бы, наверное, не получился у Моисея, если бы не чудесный артефакт — жезл, наделённый сверхъестественными свойствами. Посох превращался в змея и обратно, а также вызывал гром и град, обращал воду в кровь. Об этом пишет книга «Исход». Есть несколько версий происхождения посоха. Первая библейская. Она восходит всё к той же книге «Исход». Согласно ей, Моисей получил жезл от Бога. Вторая основывается на иудейском предании. В ней говорится, что посох является реликвией, которая передавалась по наследству из поколения в поколение в семье Моисея. Исходя из третьей, пророк сделал посох сам.
— И вы полагаете, набатеи смогли с помощью этого жезла стать могущественным государством?
— Я так думаю, да.
— И поместили его потом в гробницу Каср аль-Фарид?
— Ага.
— Зачем? Почему не пользовались его волшебными свойствами и дальше?
— А вот этого я не знаю. Но, если я прав, посох находится там и по сей день.
— Потрясающе! Так давайте посмотрим, где нужная нам гробница, — сказал Феранси, взглянув на Мухамеда.
Филипп, увлёкшись беседой, забыл о его присутствии, но вновь обратив внимание на молчаливого араба, писателю показалось, будто мужчина вовсе не ассистент, а скорее телохранитель.
Мухамед протянул профессору планшет, не произнеся ни слова.
Феранси взял его и углубился в изучение карты.
— Каср аль-Фарид… — Джулио задумчиво погладил подбородок. — Вот, кажется, нашёл. Нам понадобится внедорожник и проводник. Дорога предстоит долгая. Каср аль-Фарид — это жемчужина набатейской архитектуры, свидетель величия древней цивилизации.
Филипп посмотрел на карту в планшете, который Феранси положил на стол перед ним.
Профессор провёл пальцем по экрану, показывая маршрут.