– Утюг, – согласился Иосиф Виссарионович, – и кирпич. И почти весь внутренний объём – грузовой отсек.
– И крыльев нет?.. Хотя реактивное движение ведь в крыльях не нуждается, всё верно. А вооружение?
– На машине установлены две крупнокалиберных автоматические пушки и восемь пулемётов. Каждый транспорт может нести четыре тяжёлых танка и четыре лёгких.
– Невероятно, – произнёс совсем уж добитый Берия, – так мы и тяжёлое вооружение сможем перебрасывать?
– Я тоже сперва не поверил, – подтвердил Сталин, наслаждаясь эффектом, – товарищ Вейдер передал изображения через Прокси.
– Иосиф, – наконец оторвался от рисунка Берия, – зачем мы им? С такой техникой они могут разбить любую земную армию.
– Не могут, Лаврентий, не могут. У них жёсткий некомплект личного состава. Даже покорив какое-либо государство, они не сумеют достаточно быстро обеспечить себя ресурсами для ремонта корабля.
– Зачем спешка?
– У них – там – тоже война. То ли уже идёт, то ли намечается. «Палач» остро необходим их руководству.
Наркому хотелось задать два вопроса, но он всё же остановился на более очевидном:
– Они могут запросить помощи у этой своей Империи?
– Для этого нужен курьерский корабль с двигателем для дальних перелётов.
– «Тень», – уверенно сказал Берия.
– «Тень», – согласился Иосиф Виссарионович, застёгивая папку с рисунками, – и других кораблей с такой возможностью у них нет.
Лаврентий Палыч нехарактерно замялся. Сталин наблюдал за соратником с хитрым живым интересом.
– Иосиф, – сказал наконец нарком, – если они не могут вернуться… ты не думаешь, что нам было бы выгоднее навсегда привязать их к себе? Не будет «Тени» – Вейдер не сможет связаться со своим руководством…
Он развёл руки и пошевелил пальцами, изображая неопределённые, но безграничные перспективы такой связи.
– А ты, Лаврентий? – спросил Сталин, наклоняясь вперёд.
– Что я? – удивился нарком.
– Ты бы хотел остаться один?
– Нет, конечно, – честно ответил Берия, задумавшись о Нино и сыне.
– Теперь представь, что ты остался один, но встретил людей – они обещали помочь, но вместо этого привязывают тебя на цепь.
Сорокадвухлетний нарком вспыхнул, как мальчишка, и вскочил из-за стола.
– Товарищ Сталин! – начал он.
– Сядь, Лаврентий, – сказал Иосиф Виссарионович, глядя в сторону.
Берия сел.
Помолчали.
– Иосиф, – тихо заговорил нарком, – война…
– Знаю, что война, – безразлично ответил Сталин.
Он тяжело поднялся из-за стола и снова размеренно зашагал по кабинету.
– Знаю, что война, Лаврентий. Но война – не повод совершать подлости. Напротив, война – возможность проявить лучшие человеческие качества. Война – возможность доказать, что наш народ обладает высоким человеческим разумом.
Сталин отмерил по кабинету ещё несколько шагов.
– Наш народ – это талантливейший народ в мире. Русских били все – турки и даже татары, которые двести лет нападали, и им не удалось овладеть русскими, хотя они тогда были плохо вооружены. Если русские вооружены танками, авиацией, морским флотом – они непобедимы, непобедимы. Представь себе русских, вооружённых такими кораблями, – он указал на папку с рисунками.
Берия представил. Картинка вышла убедительная.
– Русский народ – великий народ, – продолжал Сталин. – Русский народ – это добрый народ. У русского народа – ясный ум. Он как бы рождён помогать другим нациям. Русскому народу присуща великая смелость, особенно в трудные времена, в опасные времена. Он инициативен. У него – стойкий характер. Он мечтательный народ. У него есть цель. Потому ему и тяжелее, чем другим нациям. На него можно положиться в любую беду. Русский народ – неодолим, неисчерпаем.
Иосиф Виссарионович перевёл дух.
– Да, наш народ неодолим. Мы победили бы Германию без помощи новых союзников – тем вернее победим Германию с их помощью. Мы не станем совершать подлостей по отношению к союзнику. Сейчас наш союзник находится даже в более тяжёлом положении, чем мы сами. Не помочь слабому – было бы предательством. Предательство может принести пользу в тактическом смысле, но в стратегическом смысле предательство всегда приводит к поражению.
Он медленно, словно оценивая озвученный текст, прошёл к своему месту во главе стола, сел и устало откинулся в кресле. Умный Берия немного поразмыслил и внятно произнёс:
– Вы правы, товарищ Сталин: предательство союзника всегда, неизбежно приводит к стратегическому поражению. Даже пусть случайного, но союзника.
Иосиф Виссарионович улыбнулся одними глазами:
– Поэтому мы поддержим союзников в их стремлении организовать эвакуационные работы на месте крушения «Тени». Очевидно, против регулярных частей вермахта десант товарища Вейдера не в состоянии будет продержаться сколь-нибудь долго, даже с учётом заброшенного нами осназа. Поэтому мы подключим к операции регулярные части РККА и поспособствуем стремлению товарища Вейдера организовать на оккупированной территории Белоруссии мобильную базу, – сказал Сталин, поднимая трубку телефона. – Мы окажем союзнику всю помощь, которая ему потребуется.
