— Что? Амадея… — растерялся Астор и уставился непонимающе. — С первого взгляда на тебя я почувствовал необходимость всегда быть рядом. Помогать или нет — решать только тебе. И если ты не согласишься или согласишься, но ничего не получится — значит такова судьба моего народа. Я лишь хотел показать насколько сильно мы связаны, как удивительно переплелись наши сути. Одна длинная красная нить, один чудесный шарф, одна случайная встреча и… Я люблю тебя, Амадея Лонж. — Он приложил мою руку себе на грудь, где прерывисто и беспокойно билось его сердце. — Оно не соврёт.
— А я люблю тебя, Шейд, — пошептала онемевшими губами, сдерживая предательские слёзы, что так и норовили вырваться наружу.
Поцелуй, порыв ласкового ветерка и… Приглушённая музыка врезалась в реальность словно сквозь толщу воды. Зал. Сотни любопытных глаз устремились в центр, где стояли мы в окружении льда. Взмах руки мистраля, и лёд стал разлетаться, растворяясь в воздухе искристыми снежинками.
Шейдан стал на колено. Тьма, что он задумал⁈ При всех!!!
— Леди Амадея Лонж, Вы станете моей на всю жизнь? — гулко разлетелось по помещению, взлетая к высоким сводам.
Он протянул руку, на которой сидела маленькая белая деревянная птичка, расправив крошечные крылышки. Тот самый артефакт-накопитель, который я так хотела. Сейчас его глазик светился магией Астора.
— Шейд… — Я бережно коснулась артефакта на его ладони. — Я согласна, лорд Шейдан Астор, быть Вашей каждый отведённый мне день. И я сделаю всё, что в моих силах, для спасения снежных.
Мой снежный эльф вскочил на ноги и притянул меня к себе, впиваясь жадным поцелуем в губы. Родной уже жар пробежался по коже и растворился внутри.
Где-то сзади громыхнул радостный вопль Лиз. Её ликование подхватил и ректор, громко захлопав в ладоши. И спустя минуту шум аплодисментов заглушал даже гулкий стук наших сердец.
Накинув на ледяную глыбу новенький шерстяной плед, честно выстраданный за прошедшие два с половиной месяца, обхватила статую руками. Прохладные руки Шейдана легли на талию, он прижался ко мне сзади, согревая макушку тёплым дыханием. Я чувствовала подрагивание его сильных пальцев, нервное биение сердца, прерывистое неспокойное дыхание. Он столь долго искал решение своего горя, находил варианты, надеялся, разочаровывался, терял веру, и снова обретал призрачные надежды. И теперь стоял на тонком лезвии, где с одной стороны на кону было возрождение семьи и когда-то одного из великих народов, а с другой — потеря своего рода и окончательное опустошение.
Ветер заунывно выл среди развалин домов, и только яркие солнечные лучи вселяли какой-никакой оптимизм.
— Вы готовы? — Алан Ровенси подошёл поближе, нахмурив брови на и без того суровом лице.
— Да, лорд-ректор. — Я старалась держаться уверенно, игнорируя дрожь в коленях.
— Начинайте, Амадея, только медленно. Помните, что нам нельзя форсировать выход из стазиса живого тела внутри этой глыбы. Очень плавно, — напомнил ректор. — Все процессы должны запускаться постепенно и не нарушать естественные функции.
Мы уже тренировались на разного размера глыбах, но… Одно дело пустая ледышка, а живой эльф внутри — это совсем иначе. Теперь же нервы зашкаливали под тяжестью груза ответственности. Незначительная ошибка — смерть. Абсолютный контроль сил при простых действиях гораздо сложнее и затратнее, нежели опустошить себя самыми сильными заклинаниями.
Потоки энергии морозной магии Шейдана мягко просочились сквозь кожу, растворились в теле, и ласковое тепло мягко потекло через руки в вязаный плед. Полотно взмокло, к ногам стали стекаться тонкие голубоватые ручейки, расплавив себе русла в толще снега. Капля за каплей слой магических оков истончался, пропуская всё больше тепла к телу пленённого мистраля. Силы уходили. Лоб покрылся испариной, руки начали трястись, а в ушах нарастал звон, сквозь который пробивался глухой голос ректора.
— Шейдан, прекращайте! Хватит! Амадея! Не жертвовать собой я сказал!
Как не жертвовать? Я не смогу… Не смогу бросить дело на полпути и дать умереть снежному эльфу. Уже слишком поздно останавливаться.
В спину ударил поток морозного ветра, кинув россыпь мурашек по коже. Шейдан отстранился. Чьи-то руки тащили меня назад, но мои онемевшие намертво вцепились в клятый плед. Сейчас судьба в моих руках, я должна, я обязана… Собрать остатки магии Шейда… Ещё чуть-чуть…
— Ами! — Шейд навис сверху. — Ты как?
Сознание потихоньку прояснялось, кончики пальцев покалывало, лица ласково касалась прохладная ладонь.
— Что… А-а… Он жив⁈ Получилось? — Вскочила, хватаясь за плечи мистраля.
— Тише! Тише… — Блестящая слезинка скатилась по бледной щеке к дрогнувшим губам. — Ты потратила слишком много сил. Не суетись, герой, — слабый смешок вырвался сквозь слёзы, сметая напряжение на красивом лице.