К вечеру Тирош пал. Алексей стоял на ступенях главного храма, где местные жрецы еще утром приносили жертвы каким-то мелким богкам торговли и ремесел. Теперь алтари были разбиты, а идолы валялись в обломках.
— Граждане Тироша! — обратился он к собравшейся толпе горожан. — Ваш город пал, но ваши души еще можно спасти! Рглор, Владыка Света, милосерден к тем, кто искренне раскаивается в своих заблуждениях!
В толпе раздались испуганные всхлипы. Люди помнили истории о том, что дотракийцы делают с пленными. Но Алексей предложил им нечто другое.
— Примите истинную веру! Поклянитесь служить свету! И станете нашими братьями, равными среди равных! Ваши дети будут расти в мире, ваши жены — в безопасности, ваши старики — в почете!
Первым вышел вперед молодой ремесленник, державший за руку маленького сына.
— Я... я принимаю вашего бога, — пролепетал он. — Только не убивайте моего мальчика.
Алексей улыбнулся и протянул руку. На его ладони вспыхнул небольшой огонек — теплый, дружелюбный, совсем не страшный.
— Не убивать, брат. Защищать. Это главная заповедь Рглора — сильные защищают слабых.
Один за другим жители Тироша начали выходить вперед, принимая новую веру. Не все — многие предпочли молчать, затаиться, переждать. Но достаточно для того, чтобы пополнить ряды огненных братьев еще на сотню человек.
Особенно охотно присоединялись к ним бывшие рабы и наемники. Алексей обещал им равенство, братство, цель в жизни — то, чего они никогда не имели. И многие поверили, увидев, как в рядах огненных братьев бок о бок сражаются дотракийцы и вестеросцы, эссосцы и наарцы.
К концу недели караван кхаласара пополнился сотнями новых повозок с добычей и людьми. Но Алексей ценил не золото и шелка — он ценил новых воинов, готовых умереть за веру в светлое будущее.
— Ты создаешь армию фанатиков, — заметил Дрого однажды вечером, когда они сидели у костра.
— Я создаю армию верующих, — поправил Алексей. — Разница огромна. Фанатик слепо подчиняется. Верующий сражается за то, во что верит.
— И во что они верят?
Алексей посмотрел на лагерь, где огненные братья обучали новичков обращению с оружием, делились запасами с голодными, лечили раненых. Вера в Рглора дала им не только цель, но и кодекс поведения — защищать слабых, помогать нуждающимся, быть честными с братьями по оружию.
— Они верят в то, что мир можно изменить к лучшему, — ответил он. — И готовы умереть ради этой веры.
Дрого кивнул с пониманием.
— Хорошая вера. Делает воинов сильнее. — Он помолчал, глядя в огонь. — Скоро нам придется испытать их на деле. До меня дошли слухи — другие кхалы объединяются против нас. Говорят, мы стали слишком сильными.
Алексей не удивился. Он ожидал этого с самого начала. Традиционные дотракийские вожди не могли спокойно смотреть на то, как кхаласар Дрого превращается в нечто большее, чем просто банда грабителей.
— Сколько их?
— Три кхала, может четыре. Около десяти тысяч всадников. — Дрого усмехнулся. — Они думают, что количество решает все.
— А мы покажем им, что решает качество, — ответил Алексей. — И вера. Когда огненные братья встретятся с обычными дотракийцами, станет ясно, кто сильнее.
Он уже видел эту битву в своем воображении. Тысячи всадников, несущихся по степи с воплями. Пламенные мечи, рассекающие воздух огненными дугами. И в конце — новый порядок, основанный не на силе кулака, а на силе веры.
Мастерские кхаласара гудели от работы. Алексей ходил между кузницами, наблюдая за работой своих огненных братьев. То, что начиналось как простое освящение клинков, превратилось в настоящую оружейную мануфактуру, не уступающую лучшим арсеналам Вольных городов.
— Квалло, покажи мне тот механизм еще раз, — попросил Алексей, склоняясь над верстаком.
Бывший дотракийский кузнец, ставший одним из главных мастеров культа, с гордостью продемонстрировал свое творение. Арбалет выглядел обычно, но стальные детали механизма были покрыты красноватым налетом — следом магической обработки.
— Пружина благословлена огнем Рглора, — объяснял Квалло. — Тетива пропитана священными маслами. А вот главное новшество...
Он показал на небольшую полость в ложе арбалета, заполненную красноватой жидкостью.
— Концентрированное масло священного пламени. При выстреле оно покрывает болт, и тот загорается от магии, заложенной в пружине. Стрела летит как обычно, но при попадании...
— Устраивает небольшой пожар, — закончил Алексей с удовлетворением. — Отличная работа, брат.
За месяцы экспериментов они создали нечто уникальное. Обычные арбалеты, дополненные магией огня, позволяли воинам сражаться на дистанции, не уступая лучшим стрелкам. Но главное — каждая стрела несла в себе разрушительную силу пламени.
— Сколько уже готово? — спросил Алексей.
— Пятьдесят, — ответил другой кузнец — бывший ремесленник из Тироша по имени Халлен. — Но магического масла на всех не хватает. Процесс его изготовления слишком медленный.
