Он так сильно боялся услышать шаги, что совсем забыл о другом, не менее коварном звуке. О дыхании. И когда, всматриваясь в темноту, он сделал слепой шажок за один из спасительных углов, то чуть не сшиб со стула мирно посапывающего стражника. Плевать тот хотел и на побег, и на нападение, и на обстановку в гарнизоне. Рик дернулся от испуга, сердце сделало сальто в груди. Юноша замер менее чем в шаге от охранника, который и не подозревал, что самый разыскиваемый человек на этой земле сейчас стоит так близко.
Рик безошибочно опознал старого знакомого, горняка, говорившего с шипящим акцентом накануне. Возможно, ему снился предстоящий перевод, которому было так и не суждено произойти. Руки с погрызенными до корней ногтями мирно покоились на животе, стражник был абсолютно бесшумен в своей безмятежности, лишь легкое посапывание вырывалось из широких ноздрей. Неудивительно, что, так сосредоточившись на возможном патруле, Рик едва не наступил прямо на спящего.
Он замер в нелепой позе, глупее не придумаешь. Словно нянька, навестившая чадо, чтобы подоткнуть одеяло. Горняк явно не проявлял должного рвения, а значит, шаги принадлежали кому-то еще. Вырубишь спящего – есть вероятность быть услышанным. Но оставлять за спиной явную опасность не хотелось. Пока Рик с сомнением глядел прямо в закрытые глаза стражника, в левое ухо влетело то, чего он опасался ранее: более ответственный охранник двинулся обратно. Короткий огрызок коридора, в котором он сейчас находился, как назло, был в полной мере освещен. В основной проход путь был заказан, Рик не сомневался, что будет сразу же обнаружен. Он мысленно заметался между двумя стражниками, затем выругался одними губами и, положившись лишь на удачу, принял решение.
Рикард метнулся вперед мимо горняка, тот никак не отреагировал. Шаги коридорного приближались, в ответвление выходило четыре двери. Обливаясь потом, он, боясь разбудить спящего, проигнорировал ближайшую. Попробовал следующую по коридору – заперто. Третья дверь – то же самое. Сердце застучало с удвоенным ритмом; казалось, этого стука достаточно, чтобы выдать его с головой. Ручка последней и самой дальней двери с готовностью повернулась, и, тихо выдохнув, он ввалился внутрь. Бесшумно прикрыл дверь, замер, прислушиваясь. Секунд десять ничего не происходило, затем раздался приглушенный стук, который перебило испуганное ойканье.
– Долго будешь дрыхнуть? Если Рокот вернется и обнаружит тебя в таком виде, я…
– Гошподи, так мошно и удар шхватить. – Горняк возмутился лепечущим тоном только разбуженного человека. – Вше бушет в порядке. Ш чего бы ему сюда тащится? До утра никого не бушет.
– Какого черта я должен следить за этажом, пока ты здесь расслабляешься?
– Решили ше. Толкни меня на рашвете, поменяемся. Уже рашвет?
– Нет, – голос второго стражника выдавал обеспокоенность, – но мне не нравится все это. Рокот был в ярости. И из этой треклятой комнаты доносятся звуки. Ночью, за закрытым замком! Кого они там заперли?
– Кто шнает, – казалось, горняк пожал плечами, – меня выдернули иш койки, чушь. Гарнизон на ушах. Но мы в шертовом подвале, што ты расперешивался?
– А то, что весь активный состав выдернули из кроватей, а нас с тобой запихнули в подвал. Часто ты нес смены здесь? Кучка дверей, отпираемых раз в полгода в лучшем случае.
– И што ты хочеш…
– Хочу сказать, что если подвал изредка и патрулировали, то Рокот ставил своих. Ты знаешь, о ком я. Сейчас он собрал всех здоровяков, а нас запихал сюда. И уже много часов сверху ни слуху не духу, у меня голова раскалывается от темноты.
– Рашлабься.
– Сам расслабься. Мне совсем не по душе сторожить кучку комнат, которые в теории должны быть абсолютно пусты. А этой ночью это определенно не так.
«Чертовски верно».
Рик поплотнее прижался ухом к створке. Раздался тяжелый вздох.
– И што ты хочеш?
– Хочу, чтобы ты, черт тебя дери, перестал смотреть сны.
Раздалось ворчание, коридорный раздраженно добавил:
– И хочу сходить в сортир, проклятье. Ведь на этот случай нас и двое?
Вновь тяжелый вздох.
– Не сопи. Я быстро. И спаси тебя Годвин, если я вернусь, а ты снова отрубился.
– Шортир так шортир, шду тут.
– И не суйся в комнату.
– Шмышл? Клюшей-то не дали.
– Тоже верно. И это меня тоже беспокоит. Я быстро.
Рик с нежностью погладил внутренний карман. Там покоилась связка, найденная в мешковатых одеяниях Иглы. Он не сомневался, что с ней вхож любую дверь гарнизона, главное – чтобы ему дали достаточно времени подобрать нужный ключ. Тем лучше, что один из стражников отправился по нужде. Из-за двери донеслось поскрипывание стула, горняк уселся поудобнее, шаги второго охранника стихли. Решив выждать минуту для верности, Рик осмотрел помещение, в котором оказался. А затем его брови непроизвольно взметнулись вверх.
