– Да. Бытует мнение, что упомянутые мной люди достигли на воровском поприще такого мастерства по одной простой причине. Та сторона открыта для них. Какие замки способны защитить от человека, который может появиться сразу за закрытой дверью? Само собой, за упоминание подобного в присутствии священнослужителя вы будете уличены в ереси быстрее, чем договорите фразу до конца. Но если отбросить рациональный подход и некую закостенелость всего церковного института…
– Думаете, именно таким образом Сэт перемещается так быстро?
– Судя по вашему описанию и всему, что я слышал ранее… Эта версия, как минимум, требует рассмотрения. В паре шагов от нас лежит человек, ставший героем войны. А затем бросивший все и добившийся такого же успеха, но уже в другой области. Хотелось бы верить, что высшие силы тут не причем, это давало бы некую надежду, что за любым успехом стоит упорство и желание. Но по своему опыту могу сказать, что иногда упорства недостаточно.
– Если это правда, – Эдвин глубоко вздохнул, – что само по себе немыслимо, зачем тогда вообще передвигаться по-обычному? Моргни здесь и открой глаза в столице. А в драке он мог наносить удары каждый раз с неожиданной стороны.
Гааз погрозил ему пальцем:
– Сразу видно, как вы молоды. Закон жизни, что у всего есть цена. Судя по тому, что я вижу, – Парацельс посмотрел на тело на столе, – подобный прием, если это действительно переход на ту сторону, требует невероятных затрат энергии. Ничего удивительного, что нашего общего друга хватило лишь на пару подобных трюков, по вашим словам. После чего он скатился с лошади и больше не открывал глаза. Удивительно, как он вообще остался жив – думаю, рана и без того забрала почти все его силы.
– Мне кажется, он знал, – Эдвин кивнул на встречу своим воспоминаниям, – либо подозревал подобный исход. Весь день просидел в комнате, копил силы.
– Узнаю Лиса. Умение планировать, перемежающееся с любовью к импровизации.
– Он уже делал это при мне ранее, когда получил рану на руке. Переместился со второго этажа на первый, прямо за спину одному из гвардейцев Бернала. Я тогда даже не понял, что произошло…
Парацельс выронил бинт из рук. Белый рулончик покатился по полу, оставляя за собой полоску ткани, тянущуюся к голове юноши. Врач подхватил ножницы, чиркнул ими в воздухе; Эдвин увидел, что его рука дрожит.
– Что такое?
Гааз сдавленно ответил:
– Юноша, своим рассказом вы и без того воскресили множество похороненных воспоминаний. Но сейчас… Вы только что назвали имя. Повторите его.
– Бернал? Вы об этом?
– Откуда вам известно это имя? – На щеках Гааза заходили желваки.
Эдвин непонимающе посмотрел на старика:
– Что-то не так? Генерал, который заявился в мою деревню. Погоня за Сэтом, вот это все. Он представился в тот день. Генерал Бернал, с ним еще был адьютант…
Врач остановил его взмахом ладони. Затянул потуже концы повязки, отошел и без сил повалился на скамью у входа. Пробормотал:
– Невероятно…
Юноша замер, не зная, как реагировать. Гааз поднял на него глаза:
– Здоровенный, черные волосы, окладистая борода? Чем-то похож на разозленного медведя?
– У него были усы, – Эдвин мысленно вернулся в тот день, – и похож скорее на усталого медведя. Но в остальном все верно. Вы его знаете?
– Значит, ошибки быть не может, – проговорил Гааз себе под нос, – я его знаю. Еще бы. Что важнее, Сэт его тоже знает. Они снарядили в погоню за Лисом его лучшего друга. Бывшего лучшего друга.
Юноша нахмурился:
– Он упоминал много вещей, которые наводили на мысли, что он знает многое о своих преследователях.
– Молодой человек, вы не понимаете. Все эти истории: оккупация Вествуда, побег из горящего подвала, уход Сэта из армии… Бернал везде был вместе с ним. Более того, он послужил тому причиной.
– Они служили вместе?
– Они росли вместе. Я при этом не присутствовал, само собой, но с их же слов. Мы провели вместе не один вечер в те времена, как во время войны, так и после. Времени рассказать о прошлом было достаточно. Они оба, Бернал и Сэт, шли нога в ногу с самых ранних лет. Детство, регулярный военный корпус, гвардия, столичные доспехи… Медведь и Лис – прозвища, отражающие не только внешность, но и натуру.
– Так вот откуда прозвище…
– Именно. После войны было очевидно – это будущее гвардейского корпуса. Немудрено, что Бернал дослужился до генерала.
– А Сэт покинул армию. Почему?
– Их дороги разошлись по причине, которую даже спустя восемь лет мне больно вспоминать. Несовершенство Мира, несовершенство всей системы. А поверх этого, абсолютное бессилие, издевка самого мироздания.
Эдвин уселся на стул напротив.
– О чем идет речь?
– Как было упомянуто, Медведь и Лис были друзьями. Очень близкими. Сэт семьей так и не обзавелся, как на тот момент, так и, по всей видимости, до сих пор. Зато Бернал женился довольно рано, под самый конец войны. Тогда было вдохновленное победами время, эйфория витала в воздухе, помню как сейчас. Его сын родился… Сразу после, в пятьдесят третьем, если я ничего не путаю.
– Сын?
